— Нет, поймите. Всё официально. Нас ждут в принимающем пункте у границы. Ждут обозначенные в бумаге представители. Чем быстрее мы пройдем, тем лучше. Тем меньше проблем будет у вас и у нас, — человек в камуфляже явно нервничал и поглядывал в окно за спиной.

— А вот это мы сейчас проверим! А вот-с, не надо мне тут проблемами грозить! Мы сами проблем составить тебе можем!

— Да я не в том смысле, просто нас…

— Тсс! Какой там номер-то был у нас, а, Михайло?

— В амбарной книге глянь! — послышалось откуда-то изнутри здания.

Таможенник с деловым видом взял телефонную трубку, прижал ее ухом к плечу и стал листать огромную красную книгу, испещренную различными записями. Вскоре он нашел нужный номер и стал крутить диск на доисторическом телефоне, чтобы набрать нужные цифры.

Разговор выдался коротким. После нескольких фраз таможенник вытянулся по струнке и стал соглашаться со всем, что говорили на том конце. Потом он положил трубку и отер пот с одутловатого лица. Нехотя он поднял глаза и процедил сквозь зубы:

— Приказано пропустить без досмотра…

Вскоре после этих слов Ивана снова взвалили на спину, и сознание начало мутнеть. Дальше воспоминания были отрывочными. Они бегут, потом идут уже осторожнее и карабкаются в горы. Привал, костер, разговоры, которых он не мог разобрать в бреду, и насильно запиханный в него ужин. Последняя фраза перед тем, как он отключился:

— Принимающий пункт за этим перевалом. Мы должны…

***

В реальность его вернуло рывком. Он стоял, прижавшись к какому-то ближайшему автотранспорту. Тошнило так, что казалось: сейчас вывернет. Иван глотнул из бутылки с минерализованной водой. Вроде, стало легче.

На него снисходило осознание. Всё больше фактов всплывало наружу, перемешиваясь с интересом к тому, что тут происходит. Разгадка лежала дальше по дороге, и журналист попросту пошел вперед. Он миновал второй лагерь, где палатки уже не разбирали, а некоторые обыватели и вовсе сидели неподалеку от дороги в своих пристанищах и лениво поглядывали на личный транспорт.

Потом он двинулся дальше и стал замечать, как природа меняется. Его знатно так тряхануло, когда пришло понимание того, что это вокруг всё больше разрастаются те самые джунгли, с которыми он боролся на прорыве в прошлом. Лианы всё больше походили на живые. Под палящим солнцем они будто сжимали кольцо, пусть и на отдалении от дороги.

Автотранспорт и его владельцы тут были другими. Часть электровозок полностью пустовала, в остальных же сидели люди с потухшим взглядом и попросту смотрели вперед, держась за руль. Некоторые даже не были активированы, они стояли тут как памятники. Никто не выходил из транспорта и не общался. Вскоре Иван увидел третий лагерь.

Это зрелище было потрясающим и страшным одновременно. Лагерь был окружен монументальными вышками и состоял уже не из палаток, а из зданий. Одно- и двухэтажные дома были больше похожи на покинутый город, откуда давно все уехали, чем на жилой район. Половина этого городка была захвачена джунглями.

Лианы росли прямо на домах, а деревья выглядывали из окон. Эта часть города будто двигалась в постоянном торжестве жизни. Видимо, джунгли поглощали биомассу из города, которую могли найти, и разрастались, а жители, забыв о комфорте, пытались этот рост сдержать.

Тут и там виднелись выжженные прогалины, ветхие заборчики и кострища. Видимо, они боролись с этим природным явлением как могли. Если посмотреть вперед, то джунгли начинали подбираться вплотную к дороге. Там, где это происходило, были расставлены причудливые конструкции, время от времени разбрызгивающие жидкость.

«Химикаты! — догадался Иван. — Они отгоняют их химикатами». Он вспомнил, как видел подобные сооружения на границе зоны прорыва, но тогда не придал этому значения. Они тогда защищали базу, а теперь отгоняют растительность от дороги. «Неужели тут заботятся, чтобы ты проехал до границы?» Он осмотрелся и увидел бредущего по окраине города человека, недолго думая журналист направился к нему.

— Доброго дня! Я пришел с другого лагеря посмотреть, что тут. Может, вы сможете мне помочь?

— Помочь? Вряд ли.

— В каком смысле, мне бы разузнать тут. Как устроиться, как доеду.

— Ехал бы ты обратно, парень, если можешь еще. Или иди.

— Но как же, я же на выезд в пробке стою. Тут же, чтобы выехать, вообще немного нужно проехать.

— Тут никто никуда уже не едет, друг.

Ивана будто обухом по голове огрели. Реальность сузилась до одного этого момента и человека. Вокруг полетели яркие точки, и сознание начало плыть. У него в голове повторялись эти слова. Раз за разом. Он пошатнулся и оперся на плечо нового знакомого.