— Что у вас за мир и сколько таких как вы?

— Названия у мира нет. Это просто пространство в нигде. Нас осталось четверо. Миротворец наказал нас, поэтому мы можем жить свободно только здесь, а в других мирах только изредка появляться. Это не жизнь, а наказание. Как только один из нас начинает умирать, Жива дает искру, тем самым восполняя нашу численность. Нас может быть только четыре. Всегда.

— Ясно, я так и думала. Теперь понятно зачем вы всю эту дурь устраиваете. Просто вам уже все наскучило. За что наказал-то?

— Не следовало мне тебе и об этом говорить. Ты очень разумная девушка. Зря мы редко бываем на Земле. Интересный мирок.

Я наконец-то дошла до костра и медленно опустилась на предложенный мне маленький стульчик.

— Почему сразу мне не рассказали?

— Было бы не интересно.

— А что сейчас изменилось?

— Любовь. Ты разбудила во мне это утраченное чувство.

— Ну не смеши. Я тебе никогда не поверю.

— А зря, я вот после того, как отравил Живу, не почувствовал никакого удовлетворения как раньше. Наоборот, во мне проснулась совесть и сострадание, каких отродясь не было.

— Что с ней? Она не умрет?

— Конечно нет, полежит пару деньков, поругается на меня и все встанет на свои места. Она единственная среди нас бессмертная.

— Я бы на ее месте не давала больше никому искры. Жила бы одна и горя не знала.

— Увы она так не может.

— И кто из вас умирает? Хотя молчи, я и так знаю — это Хорс или как его по-настоящему зовут.

— Нет у нас имен. Как хочешь так и называй. Только не Кощей, — грустно улыбнулся он.

— Поздно, ты у меня Кощей с первой секунды как увидела твою статую.

— Тебе пора возвращаться, ты неудачно упала лицом в тарелку.

— Что? — воскликнула я и уставилась в белый потолок.

— Слава Богам, — запричитал рядом со мной незнакомый женский голос.

Я повернула голову и увидела жену командора Фаунда, пожилая женщина держала в руках платок, измазанный скорее всего моим десертом.

— Где я и где Дамиан? — прошептала я почему-то осипшим голосом.

— За ним уже послали. Это кабинет управляющего. Ты упала в обморок, и официант принес сюда.

Значит она обтерла мне лицо… И вправду неудачно я отключилась.

— Спасибо за заботу, а сколько времени я тут лежу?

— Да минут пять. Я же за рядом стоящим столиком сидела и видела, как убежали Селин с Эммой, а следом ты и упала. Я Калуфу об этом рассказала, он поговорит с их мужьями. Это ж что они натворили-то? — не унималась женщина.

— Они не причем, — попыталась я ее успокоить, но по продолжающимся восклицаниям я поняла, что это бесполезно.

Когда пришел Дамиан, я уже сидела, облокотившись на подушку и влажными салфетками пыталась оттереть свой размазанный макияж.

Вместе с мужем пришли командоры Фаунд и Эцэль.

— Прошу прощения за испорченный вечер, — тихо сказала я, отворачивая лицо от пристального взгляда этих мужчин.

— Что они сделали? — грозно спросил у меня Эцэль.

— Ничего, мы просто поговорили. Дамиан, если у тебя остались тут дела, можешь продолжить, я тут подожду.

— Нет, поехали домой, Ард давно нас ждет. Идти можешь?

— Да, наверное, — тихо ответила я и попыталась встать, но в длинном платье это было не так-то и просто. Дамиан помог мне и я, вцепившись ему в руку, отвернула свое размазанное лицо.

— Стыдно-то как, — простонала я когда мы вышли в коридор.

— Если ты о макияже, то там все в порядке.

— Я лицом упала в тарелку на виду у всех этих людей, надеюсь никто не сфотографировал, а то я не переживу такого позора.

— Меня больше волнует причина твоего обморока, а не какие-то сплетни, слухи и фотографии.

Мне пришлось рассказать о его бывшей невесте и о кольце на ее пальце, но про Кощея я почему-то промолчала. Вообще странная у нас была встреча. Кощей был и вправду какой-то грустно-задумчивый. Ой нет, лучше не знать про них ничего. «Меньше знаешь — лучше спишь», — как любил повторять мой папа. Жаль не успела у Чернобога спросить про Сонию. Хотя теперь и так понятно, что он ей пользуется. Тем более Кира его дочь. Вот такая она богатая на отцов — целых три! И ни одного полноценного.

Дома я с огромным блаженством сняла туфли и платье, затем залезла в ванную и отмокала там пока не уснула. Во сне я видела Яра, он звал меня и даже руку тянул, хотел, чтобы я за нее взялась, но я не хотела его видеть, зажмурившись мотала головой и закрывала руками уши чтобы не слышать его голос.

Дамиан, после того как вытащил меня из ванной, просто вытер полотенцем так и уложил в кровать с мокрыми волосами, но все же утром меня ждало очень приятное пробуждение.

— Ты такая милая и лохматая. Наверное, пора менять законы и разрешить женщинам стричь волосы. Никогда бы не подумал, что такая длина волос может так возбуждать, — прошептал он, целуя мою шею.