На какое-то время они погрузились в обсуждения достоинств и недостатков хребта, полностью отрешившись от всего мира.

— С точки зрения сельского хозяйства он, конечно же, бесполезен, — вещал Вахи. — Но если принять во внимание рафтинг, форелевую рыбалку и природу… Добавить альпинизм…

— Так, значит, всё-таки банальный туризм? Ну, ты и темнила, Гурмит! Не мог сказать сразу?

Во время их беседы Сандра была рядом, задумчиво посматривая на проплывающие за бортом виды. Темнело. Солнце золотило вершины гор, окрашивая их тем самым особым рыжевато-красным цветом, который бывает у лучей лишь при закате и в воздухе разливалась прозрачность. Это предсумеречное состояние всегда нравилось Рэйтану, больше остальных. Не удержавшись, он бросил взгляд на долину Кулу с набегающими на неё тенями и натолкнулся при этом на внимательный, изучающий взгляд Сандры. Девушка словно размышляла о чём-то. В её серых глазах светилось сомнение, и оно явно было не в выборе нового платья. А ещё он чувствовал исходящую от неё опасность, какую обычно ощущал на деловых переговорах от конкурентов-мужчин. Заметив, что на неё смотрят, Сандра кокетливо улыбнулась:

— Вот и подошёл к концу наш день на реке. Правда, жаль?

— Немного. — Рэйтан усмехнулся уголком рта, просчитывая, чтобы ещё такого спросить, чтобы подтвердить или, наоборот, рассеять родившиеся подозрения, однако громкий вопль Арджуна сбил его с мысли.

— Киара! Ну, наконец-то!!!

Широко распахнув руки, белый брат пошёл по площадке, встречая девушку и Рэйтан, взглянув в том же направлении, обомлел. Киара вышла на террасу из бокового прохода, где располагались комнаты, и в сгущающихся сумерках ему показалось, что в долине Кулу пошёл дождь. В окутывающем хрупкую фигурку девушки сари густого тёмно-зелёного цвета, Киара выглядела волшебной чаровницей. Воплощением природной свежести, горного духа и сказочного настроения, которое сразу охватило его, едва он увидел. Её сари было простым, без богатых вышивок и украшений, но оно чудесным образом оттеняло её глаза, наполняя их зеленоватыми бликами, вдобавок к имеющимся золотым. Рэйтан смотрел и не мог насмотреться. Привыкший на работе к европейским одеждам сотрудниц, сейчас он как никогда оценил красоту и грациозность родного национального наряда. Не было на свете ничего элегантнее сари и ничто не пошло бы так Киаре, подчёркивая её естественную красоту. Разве что анаркали.

Как и полагалось в сари, под верхней окутывающей фигуру материей на девушке была нижняя юбка, задрапированная и скрытая от глаз крупными складками верха, а также блуза-чоли на тон темнее основного воздушного шифона. Несколько раз сари было обёрнуто вокруг бёдер, а свободный конец накрывал плечо в стиле «ниви» и свободно спадал сзади, подчёркивая фигурку малявки и создавая особенно хрупкий, женственный образ. Впрочем, Киара и без ухищрений была изящна, сари лишь оттенило природную грацию, доведя её до совершенства.

«Наверняка её спина полностью оголена», — подумал Рэйтан, сходя с ума и скользя взглядом по фигурке девушке сверху вниз и обратно. Он видел браслеты на тонких запястьях подобранные в тон к сари, видел сверкающие в ушах крошечные капельки серёжек, прикрытые распущенными волосами, видел открытые босоножки, предоставляющие ему возможность оценить изящные пальчики и стопы, и он впитывал в себя хрупкую красоту, упиваясь каждым «глотком». Рэйтан пришёл в себя лишь когда Сандра поднесла ему наполненный бокал вина и, мучимый жаждой, он, не отрывая взгляда от Киары, глотнул терпкую жидкость как воду.

— Если вы не против, я лишь пригублю, — сказала Киара Сандре, которая поднесла бокал и ей. — Обычно я не пью.

Как заворожённый Рэйтан наблюдал, как Киара поднесла к губкам прозрачный бокал и едва коснулась ими тёмного напитка. Ноздри его дрогнули: только сейчас (вместе с ней) он ощутил аромат и долгоиграющий, брутальный вкус благородного шато.

— Похоже, вечер обещает быть грандиозным, — в полголоса пробормотал Гурмит, наблюдая за остолбеневшим Арора. Впрочем, находящийся на площадке Арджун выглядел практически так же.

Рэйтан отошёл в сторону. Он замер у бортика лодки и теперь наблюдал оттуда, как танцует Киара. Девушка двигалась легко и непринуждённо. Поднимая руки над головой, она кружилась в танце, а её браслеты тихонько позвякивали в такт мелодии. Это было очень красиво. Чёрт возьми, необыкновенно красиво! Завораживающе. Феерично. Он давно подозревал, что если Киара начнёт танцевать, то это будет необыкновенное зрелище. И вот теперь он видел и сказать, что был поражён — это значило не сказать ничего. Он забыл, как дышать. Умер и возродился снова. Рэйтан никогда не думал, что увиденное настолько его потрясёт. Казалось бы: просто танец! Разум спорил с душой, цинично уверяя, что в этом нет ничего особенного. Всего лишь набор пластичных движений под музыку, однако, сердце было категорически несогласно! Рядом с Киарой танцевала Сандра. Красавица-американка тоже двигалась неплохо, попутно хвалясь собой и своим чудесным платьем, но в её случае это действительно был «набор пластичных движений под музыку», тогда как грациозное, естественное изящество Киары заставляло думать, что девушка живёт танцем, растворяется в мелодии, полностью отдаваясь ей. Рэйтан смотрел на разлетающиеся в танце волосы, на сияющую улыбку малявки и чувствовал, что тихо умирает. Или летит к небу… Он не понял ещё. И если честно, не хотел понимать. Он пока не отошёл от появления Киары на мостике в зелёном сари, а теперь ещё это. Мужчина в нём просто тихо выпал из жизни.

Рэйтан моргнул, когда мисс Эванс подскочила к музыкальному центру, сделала музыку громче, а затем, смеясь, вытащила на площадку Арджуна. Его брат охотно пошёл за ней, включаясь в веселье. Светловолосый Деон Униял умел и любил танцевать. Его многочисленные девушки гордились партнёром, и Рэйтан не раз наблюдал, как они буквально висли у брата на плечах, чтобы сполна насладиться силой и крепостью мышц молодого человека в танце. Раньше его это забавляло, сейчас вдруг сердце пронзила боль при мысли, что Киара, возможно, сделает так же. Пока вокруг брата крутилась американка, ему было всё равно, но он предвкушал изменения, и лицо становилось всё мрачнее. Рэйтан наблюдал, как Арджун плавно переключается на Киару, приближаясь к ней раз за разом, и стискивал челюсти. Хорошо ещё, что мелодия была быстрой и совсем не подходила для танцевальных объятий! Засмотревшись, Арора не заметил, как к нему подошёл Гурмит и встал рядом.

— Никогда не думал, что однажды скажу это, но танцы — это прекрасно! — произнёс он. — Она танцует так, словно держит в ладонях моё сердце.

Конечно же, он имел в виду Сандру, но Рэйтан с лёгкостью переложил всё на свой счёт.

— Последнее время я не понимаю, что со мной происходит, — продолжил Гурмит, которого от счастья и выпитого вина потянуло на откровенности. — Я парю в облаках. Я в невесомости от её улыбок и ласкового взгляда. Мне уже трудно представить, как я жил до того момента как встретил её. Вот вернусь в Чандигарх и тогда… — Вахи немного помолчал, обдумывая мысли. — Мне кажется, что когда мужчина встречает свою женщину, от которой у него замирает душа, он обязательно должен сделать решительный шаг. Как считаешь? Эмоции дарят счастье.