— Ты — та девушка. И мне не нужна другая! — резко ответил он.

Ее слова больно резали по ушам, но парню все равно не хотелось верить в правдивость этих слов. Она слишком разочарована и обижена на всех, но Руслан все исправит и докажет, что ему можно доверять.

Девушка никак не отреагировала на слова юноши. Она близко подошла к окну, вслушиваясь в звуки с улицы. Четко слышала гул подъезжающей машины, голоса. Видела, как распахнулись ворота, и во двор вошла Светина мама, а за ней ее родители.

Мама ничуть не изменилась. Все такая же статная, грациозная блондинка, все то же идеальное каре и деловой, стильный костюм. Мужчина же заметно поправился, поседел… Но ему и так было хорошо. Такой родной, обожаемый папочка. Как же давно Настя его не видела. Она невольно вернулась в воспоминания, наполненные нежностью и теплотой. Девушка так его любила. Но все оказалось ложью. Сердце больно сжалось от разочарования и нестерпимой боли. Настя вцепилась в подоконник так сильно, что побелели костяшки на ее руках, а по щекам покатились слезы.

Руслан не выдержал и снова подошел к девушке. Развернув ее к себе, юноша нежно и бережно обнял Настю, и она уткнулась в его грудь мокрым от слез лицом.

— Ну же, родная, не плачь. Тебя больше никто не обидит. Обещаю.

— С этим всем нужно покончить. Больше не могу так. — Девушка оторвалась от Руслана. — Прости, Руслан. Но я должна уехать.

— Тебе нужно успокоиться и ты поймешь, что все не так плохо, как кажется, — Парень крепко прижал ее к себе, уговаривая и поглаживая по волосам, как маленького ребенка, — ну же, Настенька, не горячись так. Моя девочка, это все пройдет. Все забудется.

— Руслан, ты поможешь мне?

— Что, милая?

— Как только они войдут в дом, я вылезу через окно на улицу. Подашь мне сумку?

— Настенька, давай просто выйдем через дверь, не хочешь с ними общаться, не общайся. Так и скажешь. Я буду рядом.

— Я не хочу. Я не готова, — слезы хлынули из Настиных глаз, и Руслан чуть не завыл от праведного гнева. Как же родители так могли поступить со своей дочерью? Было невыносимо видеть, как она страдает.

— Хорошо. Но ты без меня не уезжай, хорошо? Подождешь меня?

Раздался громкий стук в дверь, Настя вздрогнула и еще больше побледнела. Быстро взобравшись на подоконник, она спрыгнула на землю уже с другой стороны окна.

Юноша поднял сумку, — Насть, она очень тяжелая. Я тебе вынесу, хорошо?

— Хорошо! — она побежала со двора, а Руслан так и остался стоять, глядя ей вслед. Почему-то парню казалось, что если он сейчас отдаст девушке сумку, то она обязательно уедет.

Руслан, наконец, подошел к двери, в которую продолжали нещадно стучать. Едва он успел открыть замок, дверь распахнулась, и женщина вихрем влетела в комнату, отодвигая парня со своего пути.

Он удивленно уставился на родительницу, которая осмотревшись по сторонам и не найдя свою дочь, наконец, обратила внимание на юношу.

— Здравствуй, Руслан, а где же Настя?

— Здравствуйте. На пробежке, — буркнул Руслан.

— На какой пробежке? Разве она не знала, что мы приедем?

— Задерживается, наверное, — соврал он, все удивляясь такой бесцеремонности.

— Значит так и обижается? — горестно вздохнула женщина.

Парень еле сдерживал раздражение, — это вы уже с Настей обсуждайте.

Он собрался выйти, но женщина вцепилась Руслану в руку мертвой хваткой.

— Руслан, ты извини меня за ту последнюю встречу. Я была груба. Понимаешь, когда ты не вернулся, Настя стала просто невменяемой. И я не знала что с ней делать…

— Поэтому выгнали из дома? — не выдержал юноша.

— Это было сгоряча. Я думала, дочь остынет и успокоится. Ты же знаешь ее упрямый характер.

— Нормальный у нее характер.

— Но раз ты здесь, значит вы помирились? Очень рада за вас.

— Почти. Вы, наверное, устали с дороги, я пойду.

Аккуратно отодвинул он ее, и направился к выходу, но в коридоре столкнулся с мужчиной. Пришлось остановиться и поздороваться с человеком, которого когда-то так боготворила девушка. Он был высокого роста, с сине-зелеными, как у Насти, глазами, и с каштановыми густыми волосы. По его фигуре было видно, что раньше мужчина явно занимался спортом. Открытая, добродушная улыбка вызывала доверие.

— Вот ты значит какой, Руслан. Рад познакомиться, Михаил, — протянул он руку.