Шрифт:
– Конечно. Ритуал-то на мне… Впрочем, тебе это ни к чему. Тут ты прав – учить тебя таким вещам совершенно бесполезно. Ц-целитель…
– В-ведьма, – очень точно скопировал он ее интонации, увернулся от подзатыльника, демонстрируя большую практику в этом деле, и смирился: – Ладно. Расскажу, раз надо.
Глава вторая
Родился Тибо не здесь, не в столице, но и от города тоже не слишком далеко. Его дед двор постоялый на тракте держал – полдня пути отсюда на север. А еще дочка у него была. Справная. Очень. Да еще и трактир ей бы в итоге отошел, потому как у деда никого больше не родилось… В общем, заглядывались на такой кусочек многие. И сватались тоже. Да никому в итоге не перепало.
Потому как заехали к ним однажды трое… Белая кость, голубая кровь – лорденыши, в общем. Молодые, дурные, но не сволочи, нет. Ничего прям совсем уж запредельного не сотворили. Вроде, как торопились поначалу на север по срочному делу какому-то, но вся срочность на том постоялом дворе и закончилась. Решили, что пара дней погоды им не сделает, так чего б не передохнуть? А то ж притомились, да – целых полдня из столицы мчались.
Кто из этой троицы с трактирщиковой дочкой до сеновала гульнул, она так и не призналась. Никогда и никому. Только и говорила всегда, что нет в том его вины, она сама. Все сама – и закрутила, и заманила, и все остальное тоже. Очень уж глянулся. Никогда и никто ей настолько мил не был. Ну вот от той большой любви пузо-то у нее начало выше носа расти. Дело житейское, что.
Надо сказать, ее и такую за себя взять охотничков хватало, но нет. Уперлась, как кремень – не хочу и все. А отец, дочку, в общем-то, любивший, и не настаивал особо. Говорил, нет – так нет. Сами вырастим, кто бы ни родился. Заведение, опять же, будет на кого потом оставить.
В общем, деревенские у виска покрутили, но отстали. Поняли, что ничего им там не обломится.
– А потом? – решилась Анетте поторопить замолчавшего парня.
– А потом она померла. Родами. А я выжил, да.
– Тяжело было?
Он понял, о чем та спросила и кивнул:
– Было. Зато драться быстро выучился. Люто. Так, что в одиночку никто не рисковал связываться. Разве если сильно старше или кодлой целой.
– И тогда ты выучился еще и бегать? – жалости Тибо не хотел, она это почувствовала.
– А то! – усмехнулся тот в ответ. – Для лордского ублюдка жуть какая нужная вещь. Вот только один раз не свезло, поймали-таки. И не только ребра привычно пересчитали, но и башку проломили.
– А выжил как?
– А вот тут, наоборот, свезло – как раз мэтр Сарневард в трактире гостил. Он и вытащил, считай, с того света. А потом, когда понял, что у меня тоже дар есть, с собой увез.
– И дед отпустил? Трактир же? – зная обычную практичность деревенских, вопрос она сейчас задала важный.
– Так дед к тому времени овдовел, другую бабу за себя взял, тоже вдовицу, а у нее аж двое мальцов были. Которые к тому трактиру гораздо больше пришлись, чем злющий бастарденыш. Так что легко все решилось. Дед не хуже остальных понимал, что не жить мне там. Я ведь тогда тоже двоих покалечил.
– Ясно. И долго ты со своим мэтром уже?
– Долго. Пять лет. Больше даже.
– И?
– Что «и»? – изобразил тот наивность.
– Юноша, ты чего время тянешь, а? Понял же о чем спрашиваю.
– А если нет?
– Ладно, могу и пояснить – мне не трудно. Случилось что-то, да? И совсем недавно, раз тебе эти художества ни с того, ни с сего рисовать приспичило, – она опять брезгливо ткнула в остатки пентаграммы. – Пять лет не требовалось, и искать никого нужды не было, а тут вдруг понадобилось. Ну? Так?
– Так, – кивнул он поразмыслив. И продолжил: – Спалили ту деревню на прошлой неделе. Всю. С постоялым двором вместе. Причем грамотно так спалили, мало кто жив остался, в трактире так вообще никто не уцелел. А за месяц перед тем дед с оказией отписал, что шнырял там один… Про мать мою спрашивал и про меня вынюхивал. И еще про тех трех лордиков, что заезжали к ним хрен знает сколько лет назад. Тогда он мне и имена их написал, хотя раньше все отмахивался. А тут забеспокоился, видать, и, выходит, не зря.
– Думаешь, это кто-то от твоего папеньки? И вынюхивал, и поджог потом устроил?
– Возможно и так.
– Возможно, да, – согласилась Анетте. И уточнила, подумав: – Мстить собрался?
– Тю! С какой стати? Сам бы всех еще тогда попалил, если б мог. Ну, кроме деда, разве что.
– Выходит, за себя боишься? Думаешь, теперь на тебя нацелятся?
– А вот это в точку. Или, скажешь, нечего? Бояться?
– Не скажу. А скажу я другое: среди тех имен, которые дед тебе в письме назвал, не было ли имени лорда Велатри?