— Ты слишком самоуверен. Я не испытываю к тебе и толики того, что ты себе на придумывал.

Наблюдаю как он наклоняется ко мне и его губы оказываются слишком близко. Мятное дыхание опалило губы. Я сжалась ощутила, как сердце лихорадочно забилось в груди и непонятное томление заволокло сознание.

— Докажи, — его хриплый голос, казалось, разрезал воздух.

— Как?

— Я буду делать с тобой все что хочу, а ты не должна произносить ни звука.

— Ты сумасшедший.

— Докажи …

— Макс я не намерена спать с тобой.

— Обещаю, что далеко не зайдет. Ты мне веришь?

Что вообще происходит? Он снова издевается надо мной. Насмехается, а я ощущаю лишь жар который опаляет кожу. В голове туман и его взгляд настолько поглощающий, казалось, задевает все потаенные уголки моего сознания. Чувствую как воздух застревает в груди и не могу пошевелиться. Я слишком остро реагирую на него.

— Я…

— Обещаю, что, если ты докажешь, я больше не притронусь к тебе…

Глава 12

— Алло, — говорит Макс в трубку с явным пренебрежением, — какого хрена ты отвлекаешь меня?

Я не слышу, что говорят на том конце провода, но от выражения лица Макса мне становится жутко.

— Я тебе ясно дал понять дорогой братец, что мне плевать на тебя и из своей передряги выбирайся сам, попроси у отца денег, открой ему глаза на свое истинное лицо. Мне плевать что они тебя закопают, я вообще еб. л в рот вашу семейку.

— Нет и ты меня отвлекаешь!

Он скидывает вызов и откидывает телефон в сторону. Я не знала почему, но сейчас по коже пробежал холодок. Рядом с парнем я на интуитивном уровне ощутила опасность.

— На чем мы там остановились?

— Макс не приближайся, — выставляю руку вперед, но она безжалостно откинута им в сторону.

Я заметила, как он изменился в лице и сейчас в его глазах горела неконтролируемая агрессия. Что-то бесноватое полыхнуло в его зрачках. Он часто дышал и одним резким движением толкнул меня на сиденье. Я распласталась, попыталась подняться, но его руки с силой сжали мои ноги и зафиксировали так, что я не могла сдвинуться с места.

— Макс что ты делаешь? — Пытаюсь вразумить его я, но он не слышит. Его язык на моей шее, жадно облизывает кожу и прикусывает мочку уха.

— Мне все время жуть как хотелось, чтобы ты кричала подо мной, — говорит он, обхватывая мое бедро и задирая ткань моего платья выше, — тихо ты, не шевелись, я же обещал, что не трону. Не сегодня, просто мне нужно успокоиться, и ты должна мне в этом помочь.

— Не трогай меня, — прошептала я стараясь унять дрожь в голосе, — я парню своему расскажу он тебя покалечит.

— А еще расскажи, как тебя всю трясёт от моих прикосновений, как ты хочешь меня до одури.

Он снова перекидывает меня на себя и сейчас я крепко вжата в его тело.

— Чувствуешь? — Он упирается своим достоинством мне в живот, и я от неожиданности вздрагиваю, — я целый день так хожу, как только вижу тебя на горизонте.

Этот был эффект разорвавшейся бомбы.

Я ощущала его твердый член, вжавшийся мне в живот и с трудом, смогла выдохнуть. Меня словно кипятком облили. Живот скрутило судорогой, и я не смогла связно мыслить.

Я интуитивно выгнулась, подалась назад, облокотившись о руль и еще сильнее вжимаясь в плоть Макса. Он зарычал, подтянул меня к себе и сжимая мои бедра стал водить по своему разгоряченному члену. Мы были в одежде, но мне казалось, что я чувствовала все, понимала, что творю, но не смогла найти силы на сопротивление. Его руки задрали мое платье вверх, и он одним махом стянул его через голову. Я пыталась прикрыться, но он раздвинул мои руки в стороны и губами закусив мой лифчик отодвинул края так, что мои соски зазывно торчали в стороны. Макс смотрел жадно, зрачки потемнели от неконтролируемого желания. Толкнулся вперед бедрами срывая с моих губ очередной вздох.

— Макс, пожалуйста, не надо …

Я врала сама себе. Сейчас я отчетливо ощущала эту бурю эмоций настолько сильных, что меня не на шутку трясло. Первый раз в жизни я не контролировала себя.

— Я не буду вставлять…

Он втянул жадно мой сосок себе в рот продолжая тереться моей промежностью об себя. Я слышала, как бьется сердце у него в груди и слабо постанывала от очередного движения. Кровь пульсировала в венах. Стало жарко и душно, стекла запотели от нашего дыхания в унисон.