Тогда мужчина, оказавшийся владельцем одной из лавок с игрушками и хозяином мастерской, в которой они производились, оставив пока вопрос о продаже полных прав на наши изделия открытым, предложил продавать наши работы через его лавку. При этом цену давал хорошую и за товаром обещал присылать своего человека. Я согласилась.

Так наши игрушки начали красоваться на витринах лавок рядом с шикарными куклами, игрушечными экипажами, лошадками на колёсиках и большими зайцами и медведями. Они уступали другому представленному товару в шикарной красоте и основательности, но бесконечно выигрывали в цене и уверенно держали планку отличного внешнего вида, забавного и милого.

Кстати, однажды я заглянула в лавку, просто полюбоваться. Задумчиво покатав расписную лошадку на маленьких деревянных колёсиках, я подумала о том, что она прекрасна, как живая, честное слово!

– А почему бы Вам не делать, кроме таких моделей, лошадки-качалки?
– предложила я.

– Как-как, Вы говорите, Машенька? Лошадки-качалки? – живо заинтересовался хозяин лавки.

– Ну да, - ответила я и набросала ему эскиз. – Вот здесь ручки, чтобы держаться, вот здесь подставки для ножек, сиденье, внизу – две дуги. Их можно делать подешевле, обозначив из дерева только голову лошади, даже не расписывать красками, а можно подороже, такими как эта прекрасная лошадка на колёсиках.

Лавочник пришёл к нам домой через две недели, и руку мою поцеловал, и за патент на лошадку-качалку хорошо заплатил.

– Маша, не перестаю тебе удивляться, - зачарованно протянула Лиза, пересчитывая серебро. – Ты же ничего не делала! Придумала, нарисовала и заработала за несколько минут столько, сколько мы все вместе за четыре месяца долгого и старательного труда.

Что тут скажешь… Гордиться-то мне особо нечем. Не мои это идеи… Только не скажешь же об этом! Но грустить о том, что я на самом деле совсем не гениальная, ни к чему! Хорошо то, что у меня уже не все деньги уходят на содержание семьи, материалы для работы и прочие расходы. Начала образовываться очень приличная кубышка на чёрный день!

А ещё… три месяца смотрела я, как мальчики мои спину гнут и глаза портят, делая сотни аккуратных стежков. Смотрела и думала о том, как не хватает нам швейной машинки! Хотя бы такой, как у моей бабушки была, ручной. Благодаря новой школьной программе в последние годы я читала своим ученикам историю создания швейной машины и готовясь к предмету детально изучила тему. Да, и так, неплохо разбиралась с бабушкиным раритетом. Сколько шила на ней, сама смазывала, сама ремонтировала по мелочи. Конечно, у меня самой, позже, уже была электрическая ножная… с кучей режимов…

Не было никакого смысла пытаться делать прототип самой первой швейной машины. Я помню рисунок её механизма. Она воспроизводила движения рук швеи, имела иглу с двумя остриями и отверстием посередине, полностью копировала ручной шов, была неудобна в эксплуатации и часто ломалась. А вот машинка Зингер или что-то подобное, да хотя бы такая ручная машинка, как была у моей бабушки, нам Кузнецовым очень пригодилось бы. Полной уверенности, что получится правильно нарисовать, сделать и собрать все детали у меня нет. Хотя вроде бы все они стоят перед глазами, но… Это не коврики с игрушками и не печенье с конфетами, которые любая хозяйка делать сможет. Это механизм!

И всё же, считаю, что, если Федя мне поможет, мы справимся. Но, прежде, чем говорить с ним о швейной машине, я должна подготовиться. Прорисовать все части и механизмы. Нужно, чтобы магическая проверка в случае чего признала это творение моим, а не Фёдора. Или нашим общим. Несмотря на всю любовь между нами, я понимала, что в будущем всякое может случиться. Хоть я и всем сердцем надеюсь на лучшее, всё же неизвестно, как сложатся наши отношения с Федей в дальнейшем. Ведь о замужестве он даже не намекает. Вон, к примеру, Кузьма Лизе уже твёрдо пообещал, что она станет его женой, когда подрастёт. Отчего-то меня очень задевает упорное молчание царевича по этому вопросу.

В общем, я должна быть осторожной, ведь планирую, если всё получится, что эта швейная машина станет основой для процветания всех Кузнецовых.

Всю последнюю неделю лета мы всякую свободную минуту, каждый по-своему, всей семьёй готовимся к следующему местному празднику: Первому дню осени.

В этом мире, оказывается, всего четыре больших праздника в году. Все они привязаны к первому дню сезона, и каждый имеет свои традиции и правила.

Например, в Первый день весны, он же Новый год, проводится магическая проверка детей и всеобщие гуляния на центральной площади. И хотя из всех детей, которым исполнилось в минувшем году полных пять лет, маги заберут только одного или двух, от силы трёх, нет ни одной матери, которая спит спокойно и не рыдает от страха накануне проверки: вдруг жребий Судьбы падёт на её ребёнка?

А перед Первым днём лета, по традиции, вечером на центральную площадь выходит гулять только молодёжь. Это судьбоносный момент в жизни очень многих горожан, ибо, именно в первую летнюю ночь, так сказать, завязываются будущие семейные пары. А ещё, в этот праздник, рано утром дети получают подарки, а старшее поколение празднует днём: люди семьями выходят на народные гуляния.

Кстати, горожане высшего сословия, как и простые люди, тоже отмечают все четыре праздника. Между прочим, о жизни местной знати я разузнавала целенаправленно. У здешних господ она, в основном, довольно праздная и неторопливая.