– Уж он-то все подтвердит, – вздохнула Нина Петровна.

– Мы же не в давосы их едем, а в маленький городишко в горах, по-нашему просто деревня. Проституткам там делать нечего.

– Они везде себе дело найдут, – объяснила ему супруга.

– Да у нас и времени-то на отдых не будет, – принялся успокаивать ее Василий Васильевич. – Будем там в этой горной глуши лекции целыми днями слушать да инфраструктуру их изучать.

В чем в чем, а в этом он не соврал, поскольку конечным пунктом его новогоднего путешествия значился тихий альпийский городок с труднопроизносимым названием, обладавший прекрасной горнолыжной трассой и идеальной инфраструктурой. А в правде, как утверждал герой одного кинофильма, и заключается сила, и супротив нее не попрешь, а потому Нина Петровна, махнув на мужа рукой, благоразумно от него отступилась, будучи не в силах что-либо уже изменить.

После недельных сборов, вместивших в себя покупку пластикового на колесиках новомодного чемодана, спортивного костюма, небольшого продовольственного набора и пакета лекарств на все случаи жизни, собранного ему Ниной Петровной, Ланцов в сопровождении дорогой его сердцу и кошельку дамы вылетел на австрийский горнолыжный курорт.

Перелет в экономклассе до Инсбрука запомнился ему отменным обедом и последовавшим за ним «адмиральским» часом, прерываемым лишь возгласами весь четырехчасовой путь с интересом смотревшей в иллюминатор Ларисы да нестерпимым его желанием выкурить сигарету, что категорически возбранялось правилами полета.

Надо отметить, что Василий Васильевич не единожды уже покидал родное отечество. Впервые это произошло еще в советское время, когда он вместе с женой ездил в Болгарию по профсоюзной путевке, выделенной ему как передовику производства, а повторно уже в новейшей истории, когда старший сын Игорь свозил на один день родителей за шмотками и продуктами в соседнюю Финляндию. У Ларисы же, в отличие от своего шефа, такого богатого опыта путешествий не было и в помине, что видимо и сказалось на ее предпочтениях при выборе тура.

Когда в конце ноября Ланцов сделал ей предложение провести вместе подальше от дома новогодние праздники, она, находясь под впечатлением от увиденного ею по телевизору рекламного ролика, без раздумий и колебаний выбрала Альпы, однако начальник ее к такому экстриму готов не был и бурно высказал свое несогласие, а затем, слегка поостыв, принялся соблазнять ее теплым морем в Египте и услугой «все включено», но Лариса не уступала.

– Туда ни за какие «все включено» не поеду. Я и нашими исламистами по горло сыта. С утра до вечера с дворниками и работягами до хрипоты лаюсь.

– Других не будет. И ты знаешь хорошо почему, – опустил привередливую любовницу с гор на землю Ланцов, после чего попытался завлечь ее пляжами Таиланда, тайским массажем и катанием на слонах, однако, как ни старался, переубедить ее так и не смог.

– Нет и еще раз нет! Только в Альпы! Или никуда! – не поддавшись на его уговоры, заявила Лариса, и Василий Васильевич с большой неохотой был вынужден сдаться.

Молча махнув рукой, он приобнял ее за талию и притянул к себе. При всем своем неприятии подобного отдыха он не в силах был отказать этой цветущей в самом соку женщине, на протяжении последних трех лет удовлетворявшей его естественные мужские желания, а за удовольствие, как известно, надо платить и порой – даже с риском для собственного здоровья.

Губы Ларисы после капитуляции шефа оживились улыбкой, и она чмокнула его в лоб и по-детски похвасталась разрядом по лыжам, полученным ею в десятом классе, пообещав взять над ним шефство и пристрастить к этому укрепляющему здоровье увлекательному виду спорта, но Ланцова такая перспектива еще больше встревожила, и он, тяжело вздохнув, достал сигарету и закурил.

И все же, невзирая на все свои опасения, он, будучи человеком слова, уже через день съездил вместе с Ларисой в одну из турфирм, где оплатил новогодний тур и заказал им загранпаспорта, те, что по прилету их тридцатого декабря в аэропорт Инсбрука тщательно изучил строгий, но вежливый австрийский пограничник, поставивший в них, в конце концов, заветные штампы.

Когда же по завершении всех формальностей двери Евросоюза для них распахнулись, они в сопровождении встретившего их в аэропорту служащего отеля за час домчались по извилистой с идеальным покрытием горной дороге до конечного пункта, где герру и фрау Ланцофф с приветливыми улыбками и пожеланиями прекрасного отдыха вручили ключи от двухместного номера.

Начатое ими еще в микроавтобусе знакомство с европейской инфраструктурой активно продолжилось уже в самом номере. Причем сияющие в лучах светильников краны и кафельная под малахит плитка, черные с золотистой искрой ванна, раковина, унитаз и биде, а также система отопления и вентиляция, распространявшая божественный аромат, вызвали неподдельный интерес у «гостей слета», быстро вскружили им головы и увлекли в белоснежную и хрустящую, словно снег под ногами, постель.

Вечером они отужинали при свечах в ресторане отеля, выпив под стейк со сложным гарниром по бокалу сухого вина, после чего по настоянию дамы отправились в звездную морозную ночь на ознакомительную прогулку.

Отойдя от отеля на сотню метров, Василий Васильевич остановился, сдернул с себя перчатки и принялся растирать ладонями моментально покрывшиеся инеем щеки, пожаловавшись Ларисе:

– Морозец, однако ж.

– Так мы же в горах, Василич! Бог знает, на какой высоте! – весело отозвалась та. – В Питере сейчас куда хуже.