— Раз уж мы неплохо сдружились, я буду рядом даже днем. Ищи самую густую тень — там я и скрываюсь.

— Эм… ладно. А можно… домой?

Она без слов подхватила меня, и в пару прыжков оказалась на окне. Несколько бесшумных шагов по горнице — и я уже сижу на скамье. А моя новая знакомая, махнув рукой, исчезает в окне. Окно за ней само закрывается, и бесшумно задвигает засовы обратно в пазы. Как будто никто и не открывал окно. Я откинулась на лавку, и крепко обняла одеяло. За размышлениями пришел сон.

Утро началось как обычно. Подъем, убрать одеяло, разбудить брата… однако маменька вдруг наклонилась и что-то подняла с пола. Это оказался длинный черный волос. Вся беда в том, что все у нас в семье имеют волосы соломенного цвета.

— Муженек мой, это что?

— Волос. Судя по всему, лисий. Только длинноват, даже для хвоста.

— Лисий волос… В нашем доме… Каси, проверь курятник! Анри, проверь подвал. Муженек, проверяем горницу!

Я выбежала из дома в сторону курятника. Лиса в доме — это же какая наглость! Но постепенно я начала вспоминать яркий сон, который приснился мне ночью. А ведь у той девушки как раз черные волосы, и очень пушистый хвост… Неужели не сон?

В курятнике все было нормально. Никаких лис, ничего. Я все там перерыла, и вышла из курятника, как вдруг вспомнила фразу из сна. «Я всегда буду рядом, скрываясь в самом темном месте», или как-то так. Осмотревшись, я поняла, что самое темное место — под козырьком дома. Внимательно уставилась туда… Из темноты будто вырисовался силуэт с пушистым хвостом, и зажглись зеленые огоньки глаз. Фигура махнула мне рукой, будто приветствуя, и растворилась в тени. Значит, не сон?

День прошел спокойно. Не найдя никаких следов лисы, семья успокоилась, и все вернулось на круги своя. Я вновь повела нашу коровку на выпас. В поле было довольно много коров, и мне пришлось найти местечко. Нашла. Хоть и почти посреди поля и на холме, но зато много видно. Я присела на камушке, и рассеяно следила за коровкой, прикрыв голову платком. Вдруг меня закрыла тень. Я обернулась, и уткнулась в пушистый черный хвост. Моя новая знакомая, совершенно по-кошачьи щурясь, смотрела на солнце и задумчиво чесала себе щеку.

— Ты!

— Я.

— Я думала, что это был сон…

— Сны сбываются. Некоторые.

— Даже самые абсурдные?

— Да.

Я задумалась. В памяти всплыл сон, который я часто видела раньше. Огромный зал, весь из черного камня с красными и желтыми полосами. Различный народ внизу. А на балкончике стою я в белом с черными полосами платье, и красным цветком в руках. Рядом стоит мой брат, в полупоклоне. А слева стоит странный человек. Его руки и ноги блестят, будто хрустальные, а вместо ладоней — шарики. Он что-то мне говорил… А из-за спины на меня смотрели горящие зеленые глаза. Совсем как… совсем как у нее!

— Ты! Я помню!

— ?

Она издала звук, который можно было понять только как «вопрос». Не знала, что так можно.

— В общем… я видела тебя в одном своем сне.

— Я говорила. Сны сбываются. Человек идет.

Тень исчезла, и солнце с новой силой начало жарить мне макушку. Хорошо хоть под платком. Я обернулась. По склону холма поднимался… Роджи. А вот и мой конец…

— Малявка!!

Страх вжал меня в камень. Если вчера у меня был шанс, то сейчас мне точно конец. Пока кто-нибудь из взрослых добежит, чтобы остановить Роджи, у меня не останется целых костей. Он очень не любит, когда его «игры» прерываются.

Роджи схватил меня за воротник и поднял над землей. Он смотрел мне в глаза.

— Что ты вчера сделала?!

— Н-ничего…

— Врешь!

Боль обожгла щеку. Он бил не сильно — ему нужна была информация.

— Что ты сделала, маленькая дрянь?!

— Н-ничего! ПОМОГ….

Второй удар вбил мой зов о помощи обратно в горло.

— Ты все мне скажешь! Все!

Вдруг в голове появился голос. И холодная уверенность вместе с ним. «В этот раз я поделюсь силой, малая». В этот же момент Роджи отпустил меня, и я грохнулась на камень, разбив колени. Я поморщилась, и наткнулась взглядом на странную вещь. Рядом со мной на камне лежал блестящий шарик, исписанный какими-то значками. И он будто… знал меня. Роджи замахнулся кулаком, я рефлекторно закрыла лицо… И я услышала вой Роджи.

Открыв глаза, я увидела стальную ладонь с тем самым шариком в центре. Она полностью повторяла мои желания — и защитила меня. Роджи же врезался кулаком в сталь — и она не поддалась.

— Уф… Больно… Ты за это заплатишь!

Заплачу… Во мне начал разгораться гнев. Будто почувствовав это, на стальной ладони зажглись красным цветом значки. А саму ладони окружило пламя. Роджи от испуга попытался отступить, но из его тени на секунду появилась Шах, и красивым пинком направила его ко мне. Пропахав носом землю, он остановился у моих ботиночек. В его глазах горела только ненависть. И страх. А вид того, что он находится на земле, перед моими ногами… Переполнял меня чем-то приятным. На лице сама собой появилась хищная улыбка, и я поставила правую ногу ему на голову. Как будто удовлетворила маленького беса, живущего в моей душе. Роджи попытался вскочить, но вид горящей стальной ладони перед лицом остановил его. Но вдруг раздались какие-то звуки, и наважденье спало с меня. Я отскочила от Роджи с тихим визгом. Стальная ладонь пропала. Роджи медленно поднялся, злобно посмотрел на меня, и не сводя взгляда, медленно, будто перед зверем, начал отступать. Отойдя шагов на двадцать, он развернулся и сбежал. Фух…

/Пока Каси пасет корову и успокаивается, как на счет взглянуть на ситуацию с другой стороны? А вот и Физ!/

Поиски длились все пять лет. Все время мы убили именно на поиски. Максимум, что я сделал — улучшил свои руки, и теперь они работают так же хорошо, как и прежние. Разум решила раствориться в народе, и устроилась учителем. С её знаниями она быстро стала преподавателем в местной академии. Но она учла нашу задачу, и быстро стала бродячим преподавателем, который бродит по деревням и учит детей. Такое редкость, но таких преподавателей любят и охраняют. Призрак осела на базе, в качестве секретаря. Ей вообще не нравятся все эти войны и убийства, так что она решила пересидеть. В остальном состав группы не изменился.