— Смотрел по телевизору, — уважительно закивал Рогов. — И потом в газетах было…

— Бросьте, — Булыжник расплылся от удовольствия. — Не так уж много у меня заслуг! Иногда, правда, малость людям помогал — разьяснял, как надо жить правильно. А уж дальше их дело!

— Витек, да ведь и тебе грех жаловаться, — вспомнил Болотов. Фирменный поезд, солидная публика… Небось, навариваешь кое-чего поверх зарплаты?

Виктор поставил на стол недопитую стопку:

— Честно говоря, я здесь на птичьих правах. Почти случайно.

— Это как понимать? — Поднял брови Булыжник.

— Дарья, проводница… Вы видели! Вот, она просто меня с собой в поездку взяла.

— Зачем?

— Прокатиться. — Рогов сморщился, как от зубной боли:

— Вообще же, я в полной заднице. Даже говорить неохота.

— Ну, брат, — развел руками Болотов. — А мы-то уже порадоваться за тебя собрались! Мол, все в порядке у Витька — живет, жирует…

— Что стряслось? — Нахмурился Булыжник.

— Чего молчишь? Чужие мы, или кто?

— Неудобно как-то, — помялся Виктор. — Только увиделись…

— Ваньку не валяй. Выкладывай! А то, вишь чего удумал — старым корешам не доверять.

— Я? Вам? Не доверяю? — Возмутился Виктор. — Я вам доверяю!

И он вкратце, не очень связно поведал собеседникам о своих злоключениях последних дней. Булыжник слушал на удивление молча, Валерий Николаевич лишь иногда задавал уточняющие вопросы, поэтому много времени рассказ не занял.

— Вот, такие дела…

— Нехорошие, — подвел итог старый вор.

— Хуже некуда, — согласился с ним Болотов. — Валить тебе надо из Питера. Иначе менты достанут. Мокруха — она и есть мокруха. Не шутка.

— Я ж не убивал!

— Вот и обьяснишь это, — хохотнул Булыжник. — На зоне. Времени мно-ого будет! Лет десять.

— Валить тебе надо, Витек, — повторил Болотов.

— Да я уж думал…

— Есть куда?

— Ну, не то, чтобы… — пожал плечами Рогов. — Наверное, на Украину придется. В Светловодск.

— Кажется, родные у тебя там? — Булыжник качнул головой:

— Помню…

Потом повернулся к Болотову и спросил так, будто они с ним были в купе одни:

— Ну, что скажешь?

— Надо парню помочь. Еще разок.

— А надо ли?

— Наш парень! — Болотов горячо вступился за Виктора. — Наш, проверенный. Не подведет.

— Это раньше не подводил, — буркнул под нос Булыжник. — С тех пор много воды утекло… Хрен знает, с кем он теперь якшается?

— Да вы что! — Возмутился Рогов. — Валерий Николаевич!

— Помалкивай, — осадил его Болотов. — Сиди себе тихо! Булыжник, я за него ручаюсь. Помнишь, какие он дела в лагере делал?

— Угу. И неизвестно, за какие заслуги раньше срока свалил. Скоренько так, невзначай…

— Не надо! Нам от того беды не было.

— И пользы тоже.

Булыжник помешкал немного, но потом смягчился:

— Смотри сам. Я, в общем-то не против помочь, но… Согласись, не мешало бы парня проверить.

— А кто спорит? Пока до места добираться будет, справочки наведем. Если что не так — накажем! — Болотов обернулся:

— Понял?

— Понял, — хмель почти улетучился из головы Виктора.

Валерий Николаевич взял в руку ломоть ветчины:

— Решай, сынок. Один раз ты уже из семьи нашей сдриснул. И что? Горюшка хапнул! Но мы, старики — народ сентиментальный, душевный. Обид не помним. К тому же, скоро на покой пора… А дело наше опасное и хлопотное, его требуется в надежные руки передать.

Рогов пока ещё ничего не понимал, и Болтов перешел к сути:

— Можем темку тебе одну подкинуть на Украине. Пристроить, в общем. Подтянуть повыше… Получишь долю — человеком опять станешь, люди уважать будут.

— А уважение, — подтвердил Булыжник, — уважение дорогого стоит!

— Что за дело? — Решил поинтересоваться Виктор. — Хотелось бы…

— Он ещё спрашивает! Выбирает… — Вновь хохотнул авторитетный вор. По нему цугундер плачет, а он спрашивает!

Болотов ответил конкретнее:

— Считай, тебе повезло. Светловодск — это ведь, вроде, на берегу водохранилища?

— Да. Под Кременчугом.

— У нас там интерес имеется. Вот и займешься… Для начала обратись к братве местной, они помогут.