— Прошу прощения, господин… я… не хотел… я не знал, что… — Начал оправдываться Арси, но договорить ему не дали.

— Прекрасная Тири не желает тебя видеть? Разве ты не понял этого с первого раза?

— Я… я…

— Сегодня я прощу тебе оскорбление. Но если ты ещё раз посмеешь непочтительно обратиться к моей наставнице — я оторву тебе голову. Ты меня понял?

— Д-да… сир.

— А теперь уходи, пока я не передумал.

В следующий миг испуганный до смерти Арси уже улепётывал в посёлок со скоростью нуфа. Та невинная фраза из уст Андрея прозвучала очень зловеще. Даже Тири слегка поёжилась, вспоминая, что стало с головой монстра.

— И давно ты выучил наш язык? — улыбнулась наставница, когда они с Андреем снова были одни.

— Если честно, то я его ещё не выучил, но общаться мы с тобой уже сможем, так что давай, красавица, продолжай урок.

Тири очень смутилась. Андрей дважды за несколько хисок говорил о её красоте. Дева покраснела и убрала глаза. Только через хиску она набралась смелости и выдала на одном дыхании:

— Ты, правда, считаешь меня красивой?

— Правда, — рассмеялся Андрей, заставляя девицу снова краснеть. — Ты самая красивая девушка на свете.

Тири никогда не слышала таких сладких речей. Селение было маленьким и ухаживать за девицами женихи не спешили. Родители просто договаривались о свадьбе, а молодых о том и не спрашивали. Да и редко кто в посёлке женился, обычно невест парни искали в других деревнях. Потому комплиментами красоток здесь баловали редко.

Пауза затянулась. Слава Кериту, Андрей сам прервал тишину:

— Что за монстр напал на нас в той просеке? Там, откуда я родом, такие не водятся.

— То был краал. Одна из тварей Крильиса.

— Крильиса?..

— Ну, тот лес за Неподвижной Межой — откуда вы вышли.

— И много в Крильисе таких тварей?

— Я не знаю, — пожала плечами смущённая дева. — Мы пришли в эти земли недавно. Честно сказать, монстров мы считали легендой. Люди говорят, что твари появляются очень редко, потому старейшины решили рискнуть и привели нас сюда. О том лучше говорить с мудрецами, отец тебе всё расскажет, — поёжилась Тири, вспоминая кошмары, что мучили её последние ночи.

Многих её слов Андрей раньше не слышал, потому поговорить серьёзно у них тогда так и не вышло.

Вчера Андрей снова поджидал Тири у порога. Ученик подарил наставнице охапку цветов. Тири от того немного смутилась. Она не поняла, зачем ей брать цветы? Ведь от них нет никакой пользы.

Андрей тогда рассмеялся, потом объяснил, что в его мире так принято. Что если девица парню небезразлична, цветы скажут о том вместо слов. Тогда букет в его руках стал самым красивым, самым милым на свете. Значит, Андрею Тири всё-таки приглянулась, значит…

Девица поставила подарок в кувшин с водой и не могла им налюбоваться, не могла надышаться ароматом букета, не могла дождаться новое утро, чтобы приятный ученик скорее пришёл к её дому.

Время никогда ещё не текло так неспешно.

— Эй, спящая красавица, я к тебе обращаюсь. Хватит делать вид, что не слышишь, — никак не мог успокоиться Крас. Уже второй день он надоедал мне бредовыми идеями.

Я открыл глаза. В доме были все ребята и Борис.

— Вот чёрт, никак не привыкну к твоим новым глазам. Ты хоть человек ещё?

После того ночного преображения мои глаза изменились. Они всегда были голубыми, но теперь взгляд стал намного ярче, он просто горел небесно-голубым цветом, как у незнакомцев в старых кошмарах. Ребята к этому ещё не привыкли.

— Ты меня разбудил чтобы поговорить о глазах?

— Нет. Мы все хотим знать, сколько ещё дней ты будешь заниматься ерундой?

— Так уж и все? — иронично передёрнул я, когда взгляд пробежал по скучающим лицам ребят. Остальным этот разговор был до лампочки.

— Да, нам всем интересно, — настаивал Крас.

— Ерундой, значит? То есть, выучить местный язык для тебя неважно?

— Да ладно заливать. Ты давно всё выучил — хренов фотограф — и только притворяешься, чтобы с девчонкой больше времени провести. Скажешь, нет?

— Нет. Чтобы провести с Тири время, мне не нужно притворяться. Она и так не против. Тебя это волнует?

Крас нахмурился. Скрывать чувства он никогда не умел. Всем давно было ясно, что Тири ему очень нравилась. Но подойти и познакомиться с красоткой Крас не мог. Чужой язык стал для него непреодолимой стеной, легко такую не осилить.

Конечно, только слепец мог не заметить, что девушка пришлась по вкусу и мне. Крас слепым не был и то что он видел его жутко бесило. Я для него стал не просто соперником — я был соперником с большим перевесом. Вот он и придумывал каждый день мне новых заданий: то на переговоры решиться пора, то к оружейке вернуться, то ещё чего… лишь бы оградить Тири от моей компании.