— Твою мать! — выругался капитан, просматривающий двор через прицел на винтовке. — Этого я боялся больше всего.

Я взял бинокль и осторожно высунулся из двери. Тут же нахмурился и едва не выругался следом за Игорем Викторовичем. К нам шагала делегация из пяти человек. Первым шёл Яков. За его телом прятался крепкий верзила, толкал пленника и прижимал к его виску пистолет. Вот только заложников нам сейчас и не хватало.

— И что нам теперь делать? — глядя на капитана, спросил Крас.

Саня Яковлев был из нашего взвода. Его, вместе с остальными ребятами, Игорь Викторович отпустил в казарму. И вот теперь он был заложником у?.. да Бог его знает у кого.

— Так, без паники, — рыкнул капитан. — Посмотрим, что из этого выйдет. Пока не скажу, оружие не опускать — это приказ! Лично пристрелю идиота, что посмеет ослушаться.

От слов Игоря Викторовича мороз прокатился по коже. Тем временем, конвой приближался всё ближе.

— Рассредоточьтесь по складу. Оружие в боевую готовность. Крапивин, Тимохин и Полевиков — вас это тоже касается.

Цепочка переговорщиков остановилась в дюжине шагов от двери оружейной. Яков и его конвоир стали ближе других:

— Эй, вы там, — хищно оскалился незнакомец с пистолетом. Выглядел он немного старше меня, но дружить с таким типом я бы поостерегся, от его улыбки так и веяло смертельной опасностью. — Игорь Викторович, полагаю? Рад познакомиться.

— А я не очень рад, — прошипел в ответ капитан. — Да и имени я твоего не расслышал, так что знакомство вышло неполноценным.

Незнакомец оскалился ещё шире, аккуратные чёрные усы и бородка показались из-за головы Якова, высокий лоб оканчивался парой мелких залысин под короткой стрижкой. Вдруг я поймал себя на мысли, что не могу описать его лицо. Оно было настолько обычным, настолько неприглядным, что, проходя мимо по улице, я бы его даже не заметил.

— Меня зовут Борис, — фыркнул незнакомец. — Ну что, раз мы утрясли формальности, предлагаю обсудить детали вашей сдачи.

— И с чего это вдруг мы будем сдаваться? — хмыкнул Игорь Викторович.

— Товарищ капитан, откройте, наконец, глаза, — снова расплылся в улыбке Борис. — Хватит геройствовать. Мы взяли город. Мои люди утрясают последние детали операции и смысла сопротивляться больше нет.

— Кто вы такие и чего вам здесь надо?

— Да ладно вам… — рассмеялся Борис. — Правда, думаете, что отвечу?

— Здорово вы нас изучили. И давно наблюдали за академией?

— Мне хватило, чтобы знать самых опасных офицеров в лицо.

— И что будет, если мы сдадимся?

— Я гарантирую жизнь твоим щенкам, — вмиг стал серьёзным Борис. — Вы храбро и умело сражались. От кучки курсантов и их няньки мы такой прыти не ожидали. За кретинов, что подставились под ваши пули, никто мстить не станет. Даю слово офицера.

— Нам нужно подумать.

— Нечего здесь думать! — сорвался Борис. — Я понимаю, что ты тянешь время, но помощь не придёт.

Затем он медленно взвёл курок пистолета:

— Опустите стволы или я мозги ему вышибу!

— Хорошо, хорошо… только спокойно… не стрельни случайно, — ответил капитан, опуская винтовку на пол.

— Я тебе не сопливый курсант. Если и стрельну, то совсем не случайно! Эй ты, собери их автоматы, а ты глаз не спускай с капитана. Ну, скорее, работаем…

Две гориллы из свиты Бориса тут же бросились к нам, но сделать ничего не успели. В это мгновение Яков совершил большую глупость. Он попробовал вырваться из захвата и скрутить пленителя — как учили на уроках рукопашного боя. Но против Бориса у него шансов не было. Тот нажал на спусковой крючок и разнес голову бедняги у нас на глазах.

Это было ужасно.

Половина лица разлетелась кровавыми брызгами. Лобную кость вырвало из черепа и отбросило на дюжину метров. Бездыханное тело нашего друга обмякло и упало на землю, Яков забился в агонии, щедро поливая брусчатку собственной кровью, а его убийца всё так же стоял и хладнокровно улыбался.

Капитан взревел и пошёл в атаку. Кулаком он проломил висок бандита, что стоял рядом с ним. Тот вздрогнул и как подкошенный завалился на землю. Не теряя времени, Кэп рванул к Борису, но наёмник оказался проворнее. Дымящий ствол пистолета тут же нацелился в голову Игоря Викторовича и…

Тогда со мной впервые произошло нечто такое, что мне трудно осознать и по сей день…

Время остановилось. Что ребята, что банда Бориса застыли соляными столбами, даже дышать перестали. Воздух перестал быть прозрачным, но стал густым, вязким и даже тяжёлым. Пространство переливалось вязью разноцветных оттенков. Едва уловимые частицы незримой энергии парили вокруг каждого предмета в предбаннике оружейного склада, а снаружи и вовсе переплетались невероятным узором. На какой-то миг мне показалось, что рядом со мной был кто-то ещё, кто-то смутно знакомый промелькнул перед глазом, врезаясь в память расплывчатым силуэтом, похожим на женщину в рубиновом платье.