Пара последних мощных толчков и мы кончили одновременно. Её грудь тяжело вздымалась, как и моя. Наши тела были мокрыми от пота, а руки дрожали, словно после тяжелой тренировки.

Я лег рядом, сжимая в руке аккуратную грудь. Оксана повернулась ко мне и провела пальчиками по моей груди.

— Откуда у тебя столько шрамов? — спросила осторожно, заглядывая в глаза.

— С юности. — я поймал её руку и поцеловал.

— Расскажешь?

— Сейчас?

— Почему бы нет. — она пожала плечами и положила голову мне на грудь. Мне казалось, что это самый лучший день в моей жизни.

— Мои родители были алкашами. Приводили в квартиру каждый день своих собутыльников, напивались, а я рос сам по себе. Первый шрам получил, когда решил залить кипятком себе лапшу быстрого приготовления. Мне тогда было четыре или пять лет, точно не помню. Чайник оказался тяжелым для меня, и я пролил кипяток на себя. — я постучал по груди, где виднелся самый большой шрам. — Остальные получил, когда дрался с парнями на улице и в тюрьме.

— Ты сидел? — она подняла на меня удивленное лицо.

— Да, шесть лет за убийство по неосторожности. Один из собутыльников, что пил с родителями, решил поиздеваться надо мной. Я долго терпел, предупреждал его не один раз, но пьяному море по колено. Довел он меня, я не выдержал и ударил его головой об стол.

— Насмерть?

— Мед экспертиза решила, что насмерть, но это не так. Я ударил его и пошел, он решил встать и неудачно упал головой об стол, чем добил себя. Но как ни странно мне дали всего шесть лет. Могли упечь и на десять и больше.

— Не жалеешь, что так вышло?

— Нет. Тюрьма сделала из меня того, кем я сейчас являюсь. Не попади бы я туда, неизвестно как бы сейчас было. — я поцеловал её в макушку, вдыхая уже родной аромат. — А ты как попала в дет дом?

— С рождения. Нашли утром возле больницы и отдали туда.

— Мне очень жаль.

— Ты даже не представляешь, как жаль мне. Всегда мечтала о любящих родителях и крепкой дружной семье.

— Она у тебя будет, я обещаю.

— Андрей… — она привстала на локте и посмотрела на меня. — То что сейчас произошло, это ничего не значит. Тебе было хорошо, мне было хорошо, но ничего больше не будет. Просто секс, никаких отношений.

— Оксан, я понимаю, что ты молодая, тебе нужно влюбиться по уши, и поверь, это будет, но не сразу. Я дам тебе всё, что ты пожелаешь, просто так, без каких-либо условий. Ты мне нравишься, почему бы нам не попробовать?

— Потому что мне это не надо. — она встала и абсолютно голая прошла в ванную. Послышался щелчок, закрылась от меня.

Как же тяжело с ней… Но я не сдамся. Уж очень идеально она мне подходит. Тем более, что теперь я знаю её слабые места!

Оксана.

Включила воду и прижалась спиной к стене. Ноги ещё дрожали от того, что произошло несколько минут назад. Я переспала с Андреем. Дура! Нет, он конечно в постели шикарен, но зачем я это сделала? Я его не люблю, никаких чувств к нему не испытываю, так какого хрена сейчас произошло?

Ещё безумно раздражает, что он хочет со мной серьезных отношений. Какие могут быть отношения без любви? Да, я не была по уши влюблена в Марата, тем не менее, он мне нравился. А Андрей старше меня в два раза и кроме благодарности я к нему ничего не испытываю.

Я встала под душ и включила чуть прохладную воду, чтобы остудить не только свое тело, но и разум.

Уже когда заматывалась в полотенце, услышала как, хлопнула дверь, оповещая о том, что Андрей вышел из моей комнаты. Как быстро я здесь прижилась и она стала моей. Даже самой смешно от этой ситуации.

Я переоделась в чистое белье, натянула футболку Андрея, которую он забыл у меня в комнате и пошла на кухню. Оттуда доносились шикарные запахи, мой желудок заурчал тут же.

Андрей сидел за столом и пил ароматный кофе.

— Я уже тебя заждался. Присаживайся, завтракать пора уже. — я молча села за стол. — Тебе идёт. — самодовольно улыбнулся он и кивнул на футболку.

— Спасибо. — его взгляд на моей груди, губах, глазах заставлял ерзать на стуле. Этот человек странно на меня влиял. Я ничего к нему не чувствую, но уже на протяжении трёх дней возбуждаюсь от его дыхания и взглядов.

— Предлагаю сегодня пожарить шашлык вечером. Ты как? — я посмотрела на его лицо. Такой брутальный, сильный, местами грубый и до ужаса спокойный.