Конда замер.

– Меня не было меньше трёх дней, а ты набрала почти полный штат катьонте. А та раненая тогда кто? По возрасту тянет на молодую экономку.

– Это Вараделта.

– Вараделта...

– Просто Вараделта.

– Ясно. Эй, душа моя, это нечестно! Куда ты?

– Там внизу полно народу, и слышно каждый шорох, – сказала Аяна, слушая, как поскрипывает лесенка, и натягивая платье. – Мне не хватает двери.

– Папа! – заорал Кимат, запрыгивая на кровать.

Аяна с улыбкой закалывала волосы и смотрела, как Конда тискает Кимата, поднимает на вытянутых руках над собой и изображает полёт. Она спустилась вниз, накинула старый камзол и зябко поёжилась. Потом осмотрела шов Вараделты, стараясь не причинять ей боли, и протёрла его румом, радуясь отсутствию воспаления.

– Вараделта, ты как себя чувствуешь?

– Хорошо. Только неудобно... С ведром.

– Ничего. Это временно. Где ты была вчера вечером? – спросила она у Луси, которая раскладывала еду по тарелкам. – Ты когда вернулась? Я беспокоилась.

– Я ночевала у Эрке, – махнула Луси в угол, на холщовый узел с вещами. – Собрала вещи. Арчелл забрал меня с утра.

– Ну, в общем, это и к лучшему. Кир вернулся вечером. Тебе бы негде было спать.

– Я привёз травы, – сказал усталый, взъерошенный Арчелл.

– Отлично. О, вода закипела. Сейчас займусь...

– Утречко! Отличный денёк, – приветсвовал всех Конда, вызывая к жизни мелодию лестницы. – А ну, Кимо, иди-ка за стол.

– Мы уже поели, кир, – сказал Арчелл, косясь на Луси, которая стояла, опустив распахнутые глаза. – Кир, тут Луси...

– А! – воскликнул Конда. – Прости. Дома я хожу так. Тебе придётся привыкнуть, Луси.

Луси покосилась на его штаны и рубашку и отвела глаза.

– Я могу раскатать рукава, но камзол не надену, – сказал Конда, подцепляя вилкой яичницу. – Хочу хотя бы в собственном доме чувствовать себя свободным человеком. Ладно. В доме Нелит Анвера. Анвер, документы придут завтра. Этот дом – твой.

Аяна вскинула руки к щекам.

– Конда!

– Да, душа моя. О, – наклонил он голову, заметив ладонь Луси. – Айи, а ну-ка...

Аяна показала свою ладонь, и Конда хмыкнул, разглядывая тонкую заживающую царапину.

– А... – Он показал глазами на Вараделту. – М?

– Я обязана ей жизнью, – сказала вдруг та. – Можете не бояться. Я не болтаю.

– Из страха или преданности? – повернулся к ней Конда.

– Если честно, и то, и другое, – сказала Вараделта испуганно.

Аяна резко повернулась к Конде и снова увидела то жёсткое выражение, которое напугало её в долине. Он заметил её взгляд и улыбнулся.

– Говорят, о человеке можно судить по тем людям, которыми он себя окружает. Ты подкинешь интересную головоломку тем, кто попытается разгадать тебя, душа моя. Да. Вараделта, каков род твоей деятельности?

– Прачка, – негромко проговорила Вараделта после некоторого молчания.

– О как, – хмыкнул Конда. – Интересно.

– Нам нужна ещё одна кровать для Луси, – сказала Аяна.

– Я займусь этим вопросом. Вы знаете, севас, что у моей жены сегодня день рождения? Арчелл, что там с экипажем?

– Подъедет, кир.

– Опять наверх? – умоляюще подняла брови Аяна. – Только не во дворец!

– Нет, любовь моя, – улыбнулся Конда. – Я пошёл. Арчелл, догоняй.

Он вышел, чмокнув по дороге Кимата, и мелькнул мимо окошка.

– Дворец... Дворец? – прошептала Луси, поднимая глаза. – Кира... Ты... Ты была во дворце?

Аяна отхлебнула ачте, состроила скорбную физиономию и наткнула на вилку кусок яичницы.

– Пришлось. Там... душно. А что?

Луси стояла с такими глазами, будто ей явилась душа, не нашедшая проход в долину духов.

– Говорят, крейт Алта может убить одним взглядом...

Аяна вспомнила направленную на них с Кондой линзу фойка в руках крейта Алты и ужас, смешанный с разочарованием от неоправданных надежд.

– Может быть. Но, наверное, чтобы убить, ему нужно расстояние поменьше, чем то, на котором он меня видел, – сказала она, вставая. – Или линза помощнее.

– Ты видела его?! Ты видела самого крейта?! Меглейта Алту? Он правда... Правда такой страшный?

– Издалека. Он не страшный. Он такой же, как кир Конда, только гораздо старше.

– Это твой-то кир не страшный? – пробормотала Вараделта. – Я думала, он меня взглядом прожжёт насквозь.

– Он не страшный. Вараделта, я прошу тебя, не болтай о наших делах.

– Ты за кого меня принимаешь? – возмутилась та. – Если бы не ты, меня бы уже в яму сбросили!

– В яму?

– А куда? Кто мои похороны оплачивать будет?

Миска Ишке стояла пустой. Аяна с усилием вспомнила чёрную тень, которая заметалась по комнате, когда Воло своим приходом захлопнул окно, отрезая путь к отступлению.