Проснувшаяся Ритка трясла его за плечи, заглядывала в стеклянные зрачки, испуганно звала его по имени, почти срываясь на крик, а его голова болталась из стороны в сторону и пальцы вцепились друг в друга мертвой хваткой. Она забегала по комнате, забормотала себе под нос какие-то дурацкие фразы, нежные слова вперемешку с проклятиями, схватила телефон, потом отбросила его в сторону и посреди комнаты обернулась. Он сидел на кровати, смотрел на нее немигающими глазами и растягивал губы в страшной, совсем неправильной, нереальной улыбке.

– Игорек, родненький, что случилось, Игорек?
– Она сделала шаг к нему, но уткнулась в холодную невидимую стену.

А он развел руками, распространяя вокруг себя волны холода и тоски и сказал, удивившись своему обыденному тону:

– Я знаю, это ты убила его.

Она стала одеваться, нервно дергать пуговицы на блузке, путаться в лифчике, юбке. Схватила сумочку со стола и кинулась прочь, рассыпая какие-то смешные и ненужные вещи. Потом хлопнула входная дверь и все вокруг стало исчезать.

июль-сентябрь 2002 г.