Курт хватает меня за руку и удерживает на месте, оборачиваюсь и вопросительно смотрю на своё запястье.

— Нет, мы поговорим сейчас! — кричит Курт, но тут же тушуется и добавляет более тихо: — Пожалуйста.

Вырываю свою руку из захвата и произношу немного нервно: — Ну давай, говори.

— Когда мы сходим на свидание, Каролина?

Вздыхаю, он опять за старое: — Сейчас неподходящее время.

— А когда? Когда будет подходящее? Я постоянно это слышу, надоело. Вокруг тебя слишком много мужчин, это нервирует. Я прошу тебя всего лишь выполнить своё же обещание. Ты обещала мне свидание, и я хочу получить его прямо сейчас.

Вздыхаю, почему именно я: — Послушай…

— Нет! — безапелляционно выкрикивает Курт и хватает мою ладонь.

Дергаюсь, но не от влажных пальцев парня, а от неприятного щекотания в своей голове. Мгновенно напрягаюсь и оборачиваюсь, но никого не вижу.

Снова щекотание, моя свободная рука дергается вверх, сжимаю ее в кулак. Не показалось, кто-то пытается мною управлять, где-то неподалёку спрятался ещё один кукловод.

Новый рывок, останавливаю весельчака, захлопываю своё сознание и тут же болезненно морщусь. Мой противник явно сильнее меня и похоже намного. Почему он такой беспечный? Разве остались ещё настолько смелые кукловоды? Это же самоубийство действовать настолько открыто.

Новый рывок и снова мое сопротивление, сильная пульсирующая боль простреливает виски. Морщусь и издаю болезненный стон.

— Что с тобой? — слышится обеспокоенный голос Курта.

Я не справляюсь, сдаюсь под натиском чужой силы, моя рука взмывает вверх и отвешивает моему напарнику звонкую пощёчину. Ладонь тут же начинает пульсировать от боли, а щека Курта краснеет.

— Прости меня, пожалуйста, я не знаю, что на меня нашло, — начинаю быстро-быстро извиняться.

Вместо недоумения на лице Курта расцветает счастливая улыбка: — Ничего страшного, это первые эмоции, которые ты проявила по отношению ко мне. Это значит, что шанс есть, ещё ничего не потеряно, я счастлив.

В голове снова начинает щекотать, а рука дергается во второй раз, напрягаюсь и снова морщусь от сильной головной боли: — Давай поговорим позже Курт, мне что-то нехорошо.

— Тебе плохо? — снова тянет свои ручонки в мою сторону.

— Да, голова болит, но ничего серьёзного, сама справлюсь, — тут же обрезаю все возможные попытки мне помочь.

— Ладно, иди отдыхай, — парень разворачивается и сделав пару шагов в противоположную от меня сторону, останавливается и спрашивает. — А как же наше свидание?

Морщусь: — Завтра…

— Договорились, — не дает мне закончить свою мысль Курт.

Я хотела сказать, поговорим завтра, но меня перебили. Мне бы приструнить парня, сказать, что вот так поступать очень подло, но моя голова слишком сильно болит от сопротивления незнакомцу. Поэтому я просто глупо улыбаюсь, тем самым соглашаясь на это чертово свидание.

Курт возвращается в тренировочный зал, а я стою с закрытыми глазами и пытаюсь утихомирить сильнейшую пульсацию в своей голове. Оглядываюсь по сторонам, но не замечаю, ничего не обычного, в этом темном коридоре я совершенно одна.

— Выходи! — произношу довольно-таки громко, просто потому что не могу контролировать себя, просто потому что мне очень страшно. Но в ответ ничего, звенящая тишина, безбашенный кукловод не показывается, прячется.

Неожиданно, громкие хлопки в ладоши раздаются из-под лестницы рядом с которой я стою. Оборачиваюсь и резко захожу в темноту, готовлюсь выговорить наглеце все что думаю о нем и его выходке. Открываю рот, но все грязные слова застревают на полпути в моем горле, напротив меня не просто наглый кукловод, напротив меня наглый кукловод-феникс, сын самого главы Парламента.

— Это не можешь быть ты… — произношу на грани слышимости.

— Я так и знал, что ты кукловод, — довольно скалится Альфред.

— Ты совсем идиот так беспечно выдавать свои способности?! А если бы я не была кукловодом?!

Альфред беззаботно пожимает плечами: — Я был уверен, что прав.

— Что за беззаботное отношение? Разве ты не знаешь, что бывает с кукловодами, которые обнаруживают себя? Ты что хо… — резко замолкаю и напряженно смотрю на улыбающееся лицо высшего. Гнев поднимается во мне волнами, а мой трусливый внутренний монстр, который так сильно испугался сильного оппонента, что скрылся, наконец-то выходит на свет.

Запрокидываю голову и истерически смеюсь: — Ну конечно! Какая же я дура! Ты же высший, сын влиятельного человека, о тюрьме не может быть и речи. Папочка если что прикроет, спасает бедного мальчика от печальной участи.

Выражение лица мужчины тут же меняется, становится напряженным, но меня уже несет, не могу остановиться.

Для всех кукловодов и для меня, в том числе, это безумно больная тема. Среди высших кукловоды редкость, в истории всего два известных случая и оба они закончились вполне логично, убийством невинных людей. Только вот тех кукловодов не посадили, а приговорили к домашнему аресту. Коррупция в нашем мире цвете и пахнет.