– Я ведь жила в Майами, и почти всё своё свободное время проводила на пляже, – просто ответила она. – Некоторые из моих друзей были спасателями. Несколько раз я видела, как это делают. А мой бывший парень, как-то заставил меня пройти курс обучения. Вот и всё. …Девочке просто повезло. Несколько лишних минут под водой – и её не спасло бы даже чудо.

– Чудо было то, что ты заметила её и заставила меня остановиться, – отозвался Вейн таким чутким голосом, что Джесс обернувшись, удивленно уставилась на него, не веря своим ушам. А потом так же резко отвернулась, почувствовав накатившую на неё волну смятения, раздраженно пробормотав:

– Я чудовище, вы забыли? Не способное на чувства, на искренность, не заслуживающее жалости! А вы сплоченная команда карателей!

– Тебе нужна жалость? – презрительно фыркнул Уэс.

– Мы ещё не знаем, на что ты в действительности способна, а на что нет, – продолжил Вейн, – Но в этот раз ты заслуживаешь на благодарность. Тебе никто не сказал спасибо. Я говорю тебе это вместо её родителей, которые, наверное, ломают себе голову кто же спас их ребёнка. … Спасибо, Джесс.

Джесс ничего не ответила. Вместо этого она усердно принялась мыть какую-то тарелку, чтобы скрыть от них своё волнение. И поставив ужин на стол, она постаралась быстрее спрятаться в своей комнате, чтобы больше не натыкаться на эти изучающие её взгляды.

– Подъём! – громко выкрикнул над ней Уэс, выдернув из-под неё подушку. – Рыбные консервы просто ждут не дождутся, чтобы ты приложила к ним свою ручку! Поздравляю, твои адские деньки начались!

Когда она ехала в машине, она уже не думала о том, что рядом с ней Уэс, и что больше нет никого, кто бы мог её защитить от этого парня. Мыслями Джесс была на этом проклятом, про её мнению месте, где Дэвид собирался показать ей на что годно её достоинство, что она лишь слабый человек, которого унизив легко сломать, заставив делать, то что ему отвратительно.

– Успехов! – издевательски протянул Уэс, высаживая её возле входа. – Заберу тебя в три, а пока наслаждайся без моего общества!

Джесс лишь скривилась ему на прощание.

Ужасного вида стол был на том же месте, как и корзины, в одной из которых дергалась ещё живая рыба. Джесс глубоко подышала, напоминая себе, что её упрямство не позволит ей показать им свою слабость. Что она должна выстоять и доказать им, что их методы ничтожны, как и поступки некоторых из них. Сцепив зубы, словно это был единственный способ выжить, и тем самым защитить свою мать, она надела перчатки и провонявшийся рыбой фартук, и бросила на стол первую рыбину. Джесс знала, что кто-то следит за ней со стороны, за тем как неуклюже она издевается над рыбой, как постоянно роняет скользкий нож, как отворачивается в сторону при виде внутренностей, и с каким остервенением она бросает в корзину уже очищенную рыбу. Именно её упрямство всегда придавало ей силы. Джесс уже ненавидела эту рыбу, но в конце дня она приловчилась разделываться с ней уже достаточно быстро.

А как только она села в машину, Уэс тут же высунул голову в открытое окно.

– Что фу, да? А ты наслаждайся, Уэс, как это делала я! – бросила она, тряхнув волосами, из которых до сих пор летела блестящая чешуя. – Разрешите спросить о, мой повелитель, – Уэс просто был первым, кто попался ей на глаза, после её «трудового» дня. И она понимала, что возможно сорвется именно на нём. – Надеюсь, мне будут достойно платить за столь недостойный труд?

– Всю твою плату, мы будем жертвовать на спасение голубых китов! – с острил, огрызаясь Уэс. – И я не разрешал тебе разговаривать! Ты будешь нема, как эта вонючая рыба! А если ты хочешь нарваться, я тебе это устрою прямо здесь! – его лицо перекосилось от злости и Джесс явно видела, что он не шутит, и она молча продолжала трястись от негодования, пока машина снова не заехала за ворота её тюрьмы.

– Иди вымойся, от тебя прёт за километр! Всю машину мне загадила! – вызверился Уэс, крикнув ей в спину.

– Не собираюсь! – упрямо процедила Джесс.

– Что ты сказала?! – уловив повод, он тут же грубо схватил её за руку.

– Я сказала, что не собираюсь мыться! Я буду обрастать чешуёй пока у меня не вырастет русалочьий хвост и я не брошусь в озеро, придурок! – бросила она ему прямо в лицо.

То, что случилось дальше, она осознала с трудом. Слишком быстро всё пронеслось. Она в считанные секунды прямо в одежде оказалась в ванной и её уже нещадно поливали из душа холодной водой. Вода заливала ей глаза и она ничего не видя перед собой, просто крича, размахивала руками:

– Уйди от меня!!! Мне холодно, скотина, отвали!!! Ненавижу тебя, Уэс!

– А я ненавижу тебя! – прорычал он, принявшись силой стаскивать одежду с барахтающейся девушки. В итоге, у него получилось её просто не ней порвать, отбросив в сторону кучей испорченные вещи.

Тяжело дыша, абсолютно голая и мокрая Джесс поднялась во весь рост.

– Доволен теперь? А может, ты меня сначала трахнешь, перед тем как утопить?! – дрожа от гнева, вызывающе выкрикнула она. – Чего же ты ждешь, ты легко со мной справишься, и тогда справедливость восторжествует! Давай, малыш, не стесняйся!

Его сузившиеся глаза, были готовы воспламенить её на месте, и неизвестно чтобы дальше сделал Уэс, если бы дверь в ванную не выбили с той стороны.

– Отлично, давайте заходите все! – истерично закричала Джесс, но в неё уже летело полотенце.

– Заканчивай, Джесс! Ты сама виновата, – показался Джим. – Уэс, – он кивнул тому на выход. Смерив её ещё раз с ног до головы уничтожающим взглядом, Уэс вышел.

И с этого момента на Джесс обрушились его непримиримые придирки. Уэс не трогал её. Он просто пытался на каждом шагу, вывести её из себя. Что бы она ни приготовила, всё оказывалось то холодным, то пересоленным, то сырым, то жестким, то пресным и омерзительным на вкус. И это при том, что ни Джим, ни Вейн не предъявляли ей таких претензий. Уэс заставлял её по нескольку раз перемывать полы, специально ходил на улицу, набирал там на обувь побольше грязи, оставляя затем следы по всему дому. Каждое утро будил, брызгая на неё водой, демонстративно не желал выходить из комнаты когда она переодевалась, а по ночам кто-то стучал в окно, и когда она поначалу подходила к нему – её до смерти пугал прыгающий на подоконник обращенный ликан. Джесс держалась до последнего, не поддаваясь на его провокации, молча снося все обиды. Вейн даже сам стал возить и забирать её с работы, в которой она теперь находила удовольствие лишь потому что там не было Уэса. И Вейн с Джимом уже заметно начали побаиваться этой нарастающей обоюдной ярости. Пока однажды Джесс не выдержала, сорвавшись на мелочи.