Товарищ его тоже спешился и, потрясая «фотороботом», заспорил:

– Долго ли переодеться? Убил, может, кого и забрал одёжу.

Неприятно чувствовать себя картиной в музее. Обсуждают прямо как бездушный предмет. Я покосился на карандашный рисунок и счёл возможным признаться:

– Я это, не сомневайтесь. Никого не убивал, наряд мне добрые люди подарили, чтобы от местных не отличался.

– Иномирянин?! – хором крикнули поисковики.

Я кивнул. Они засуетились. Один открывал карету, второй тащил меня к ней, жёстко придерживая за плечи. Сопротивляться не стал – я ведь и собирался во дворец. Оказавшись внутри тюремной перевозки, пожалел об этом – идти было куда приятней. Твёрдая отполированная задами преступников лавка не располагала к приятному путешествию. Хорошо хоть не трясло и не громыхало. Двигался экипаж с помощью зачарованных камней, как и всё чудесное в этом мире. Достаточно было постучать по кузову и шепнуть кодовое слово. Правда, управлять им изнутри не получилось бы. Перевозка послушно – как цыплёнок за наседкой – следовала за отдавшим ей команду всадником.

Конец ознакомительного фрагмента.