— Давай! — крикнул парень и в раскачку принялся толкать бесчувственную груду металла. Девушка нажимала на педаль так самозабвенно, что казалось слилась уже с этим автомобилем в единое целое. Толку нет. Лис также выбился из сил на десятой минуте и отпустил руки от бампера. Дал знак Ясе выйти из машины.

— Пи*дец я устал, — вытер грязный лоб. — Давай так, ломаем лапник и подкладываем под колеса.

Яся округлила глаза от испуга, ведь при слове лапник ей представилось, что придется ловить зайцев и отламывать им лапки.

— Чего стоишь, идем, — по — пацански ткнул в плечо, указав взглядом массивное темно — зеленое дерево, растущее по правую сторону от дороги.

Оказалось, что лапник — в общем-то живой, но все же неодушевлённый предмет. Колючки осыпались прямо в глаза, пока Яся держала одну из веток, оттягивая вниз. Лис подрезал ножом ее основание и без труда выкрутил, осыпав Ясю с ног до головы фонтаном из сухих иголочек. Она возмущалась и закрывала глаза, но терпела. Про себя он отметил, что взгляд все чаще стремится прикоснуться к ее лицу.

"Как ни крути, женственная девчонка, прикольная, не то, что когда была размалеванная". Заметив на себе его пристальное внимание, Яся засмущалась, ей показалось, что он смотрит на грязную щеку.

— Это ухо порвалось, вчера… - свободной рукой тронула запекшуюся кровь.

— Я понял, — отрезал, давая понять, что не собирается дальше развивать эту тему. Естественно, он понял, для чего мужик преследовал испуганную Ясю, схватив за куртку и почему у нее были спущены штаны. Не хотелось в это вникать, а в подробности насилия тем более, фантазия и так успела нарисовать пару стандартных эскизов, когда в свете фонаря заметил ее голые бедра. Было ли ему жалко Ясю? На тот момент скорее нет, ему просто не хотелось, чтобы этот мужик убил ее на месте, поэтому и решил внепланово воспользоваться палкой.

Она коснулась следующей зелёной лапы и ощутила, как иголки впиваются в ладонь. Напряжение повисло в воздухе, как перед грозой.

— Я боюсь, — страх вырвался на свободу и пролетел черной птицей между ними.

Лис делал вид, что увлеченно орудует ножом, старался не смотреть на спутницу, чтобы не провоцировать на дальнейшую откровенность. У него задергалась мышца на скуле и он изобразил мимическую улыбку, пытаясь сбросить напряжение.

— Что ты улыбаешься? Я быть может убила его. Я… я… - часто захлопала ресницами, не зная, как подобрать слова. — Ударила два раза ножом.

— Куда? — сжал губы в напряжении, сильнее замахиваясь тем самым оружием. Как не пытался, а разговора, похоже, не избежать.

— Я не знаю, было темно, и он был сверху, на мне… а потом стал, ну ты понимаешь, руки распускать, — выдала и обожглась собственными словами. Закружилась голова от воспоминаний и стало дурно. Отпустила ветку и она лихо отпружинила в воздух.

Лис с трудом увернулся от колючих иголок и перевел взгляд на Ясю. Капля за каплей, она этими словами добивала в нем последнее желание сохранить нейтралитет.

– А чего ты хотела, когда лежишь под мужиком, что он тебе стихи читать будет? — дерзко и безжалостно прозвучал его голос.

— Что? Я не хотела и не звала, он сам… - раскраснелась вмиг от этих жестоких слов.

— Ты осталась ночевать в палатке с мужиками, ау, девочка, на что ты рассчитывала, на групповуху? — сжимая нож, помахал рукой перед ее лицом.

— Я спала в отдельной палатке… - слезы брызнули из глаз. — И я тряслась всю ночь, боялась глаза закрыть. И это все потому, что ты меня оставил. Это ты виноват, что я все это пережила, — не видя очертаний из- за слез, нарушила границы парня, практически крича обвинения ему в лицо.

– Ты не ох* ела? — прижал девушку рукой к стволу ели. — Я тебе говорил, не ходи, давай подождем. А ты что сделала? Что ты сделала? Хорошо еще вчетвером не вы*бли тебя, они же гастролеры, у них весь багажник в ворованном барахле, там медали, золото в пакетах, — больно надавил кистью в плечо и закричал в самые губы. Яся испугалась и зажмурилась.

— Прости, — только и смогла прошептать, вспомнив его предостережение. Оно почему-то выпало из сознания, оставив место лишь для гнева и обвинений.

— Он ничего мне не сделал, потому что я в него нож всадила, — добавила и опустила взгляд.

Услышав эти слова Лис испытал странное, весьма неожиданное облегчение. Сердце напомнило о своем местоположении, а вот мозг параллельно подкидывал привычные умозаключения.

— Ну браво, хоть не зря зарезала мужика, — похлопал медленно в ладоши, демонстрируя сарказм. — Спасла свою честь! Теперь нас найдут и ты присядешь.

— Ты шутишь? — убрала рукой нож от лица. — Я же не в сердце. И вообще — это самооборона, он меня чуть не изнасиловал.