«Как долго я это выдержу?» — подумала девушка, на что внутренний голос задал свой вопрос: «А как долго ты выдержишь быть матерью-одиночкой?»

Кристина встала и принялась мерить шагами гостиную.

«Когда-то в этой квартире была и Инна, — мелькнула в голове мысль, — Сидела за этим же столом, смотрела на этом диване телек, лежала в той же кровати с Богданом… Её он, наверняка, целовал, желая спокойной ночи, и обнимал во сне — не то, что меня!»

Интересно всё-таки, почему они расстались? От сестры внятного ответа услышать так и не удалось. Как она сказала: «вышло некое недопонимание»? Слишком размытая фраза, чтобы строить какие-либо догадки.

— А с чего я вообще взяла, что их отношения были такими уж прям серьёзными? — вслух спросила себя Кристина, замирая в центре комнаты, — Ну подумаешь, встречались год. Ерунда! А татуировки… Может, по глупости набили?

И всё равно эта логика не успокоила засевшего где-то внутри червячка сомнения, который продолжал точить её после разговора с Инной. Уж слишком запали в память глаза сестры, полные едва сдерживаемых слёз, когда она говорила про Богдана, её дрожащий голос и руки, нервно теребившие кофту. Кристина хоть и могла назвать себя наглой эгоисткой, но идти по головам близких людей — не в её правилах. А Инну она искренне относила к разряду близких и сама удивлялась тому, как моментально прониклась симпатией к ней. Может, потому что всегда мечтала о сестрёнке, с которой они обязательно были бы лучшими подружками, делились секретами, обсуждали мальчишек, веселились и дурачились? Кристине с подругами не очень-то везло — из Германии на их с Боней свадьбу прилетела лишь одна девочка, причем за счет невесты. Поэтому девушку расстраивало нежелание Инны сближаться с ней. Но она думала, что это связано с обидой на маму, а оказалось, что яблоком раздора является мужчина, которого она выбрала себе в мужья. Вот надо было ей в тот апрельский вечер положить глаз именно на Боню!

«Зато сразу видно, что мы с Инной родственницы: даже на парня одного и того же запали», — невесело усмехнулась Кристина и, потоптавшись еще пару секунд на месте, вернулась к ноутбуку. Любопытство переселило, и она снова принялась за поиск фотографий. Если же их всё-таки не будет, можно ли считать это знаком, что у неё есть шанс построить нормальную семью с Богданом?..

— Значит, вы с Ольгой остаётесь ночевать у меня, а Катя и Лера едут к Катиной бабушке? — уточнила я.

— Да-да, именно так, — подтвердила мои слова Алёнка.

— Слава богу, что не всем табором в мою однушку! — не удержалась я от усмешки, — Только где мы втроем будем спать? Точнее, вчетвером.

— А кто четвертый? — удивилась подруга.

— Кошка. Она всегда спит со мной. Причем развалится на полкровати так, что даже мне места мало.

— Дивана нет?

— Только кресло. И оно не разбирается.

— Ой, ну и ладно. Уместимся уж как-нибудь на кровати или на полу! Или ты не хочешь, чтобы мы приезжали?

— Очень хочу! — улыбнулась я, — Просто переживаю, что вам будет неудобно.

— В тесноте, да не в обиде! Только не забудь нас встретить, окей? А-то мы заблудимся.

— Не забуду.

— Ну-ка, повтори, когда мы приезжаем?

— Послезавтра в два часа дня.

— Вот умничка, — похвалила меня подруга, — Как у тебя дела-то вообще? Уже были фотосессии?

— Всё нормально. Слушай, у меня телефон почти разрядился, да и смысл сейчас это обсуждать, если скоро увидимся.

— Логично. Всё, тогда закругляемся.

Мы попрощались с Алёнкой, и я подключила жалобно пиликающий смартфон к зарядному устройству. Взглянув на часы, решила прогуляться до магазина или кафе и купить себе еду навынос — готовить самой надоело. Хотя, сейчас стоило бы экономить деньги, ведь когда приедут девчонки, то мои финансы разлетятся в один миг на всякие развлечения. Не будем же мы сидеть дома!

С подругами я не виделась всего две с половиной недели, однако успела соскучиться по всем: по прямолинейной и ветреной Лерке, по вечной примирительницей наших споров Ольге, по спокойной Катерине, и, конечно, по само близкой для меня Алёнке. За время нахождения в Питере, новыми знакомствами я обзавестись не успела. Провела семь съемок, но близкого общения с клиентками заводить не хотелось. А где еще искать себе друзей? В интернете — не хочу. Идти ли куда-то учиться — хоть на дополнительные курсы, папа выделил бы средства на это — так и не решила. А на улице можно познакомиться разве что с представителями мужского пола, но я отказывалась и от таких предложений. Честно говоря, желания не было вообще ни на что. Вместо исцеления Питер всё больше погружал меня в какую-то романтичную меланхолию. Хотелось бесцельно бродить по городу с кофе в руках, гоняя на повторе любимые треки в плеере. Просто валяться дома с книжкой под тёплым пледом. Или вместе с кошкой сидеть на подоконнике, наблюдая за снующими по тротуару людьми, гадая о том, кто куда направляется. А вот заниматься своей жизнью — не хотелось. Я надеялась, что приезд подруг сможет вытащить меня из этого болота и растормошить. Пора уже либо основательно взяться за раскрутку себя как фотографа, либо искать другую работу — нельзя ведь в таком возрасте садиться на папину шею!

А до магазина сходить всё-таки надо, иначе на ужин придётся жевать пустую гречку. Несомненно, блюдо полезное, диетическое и всё такое, только абсолютно невкусное. На скорую руку я навела макияж и принялась за поиски подходящей одежды, как вдруг раздался звонок домофона. Я замерла с толстовкой в руках, а сердце испуганно ёкнуло. Кто бы это мог быть? Может Софи решила-таки наведаться в гости? Вот будет веселуха: мамочка и пять девчонок, моложе её почти в два раза, вместе отжигают в культурной столице! Но разве она приехала бы без предупреждения? На Соню это не похоже… Может это просто кто-то из соседей? Забыл человек ключ от подъезда, набрал рандомно квартиру и хочет попросить впустить его. А если это знакомые Владимира, которые не в курсе, что он уехал во Владивосток? Тогда лучше сделать вид, что дома никого!

Никки повернула голову в мою сторону, а в её взгляде явственно читался вопрос: «Ты собираешься открывать дверь или как?»

— Нет, милочка, — почему-то шепотом сказала я кошке и поспешила выключить в комнате свет. Если у домофона на самом деле стоят друзья Володи, то они знают, что окна квартиры выходят на подъезд и по горящим окнам поймут, что дома всё же кто-то есть. Кстати!

Бросив одежду, что держала в руках, на диван, я подошла к окну, отодвинула занавеску и осторожно глянула вниз. Желтого «пежо» Сони в поле зрения не было, так же как и папиного серебристого «BMW», а козырёк подъезда скрывал от меня незваного гостя, который наконец-то перестал набирать номер квартиры — трель домофона резко оборвалась. На улице уже сгущались сумерки, поэтому я максимально напрягла зрение в ожидании человека, который должен сейчас появиться на дорожке, ведущей к дому. Благо, этаж всего лишь четвертый и фонари зажжены, так что хотя бы примерно рассмотреть своего «посетителя» у меня получится.