— Хорошо. — Сантер на миг задумался и принял решение. — Вы можете продолжать патрулирование, штаб-сержант. Когда после будете диктовать Перу свой отчёт, сообщите ему, что маэстра из башни желает получить копию.

— Да, сэр, — крикнул сержант и подал знак своим людям. — Вы его слышали… у нас ещё есть работа этой ночью!

Бросив последний взгляд на маэстру, сержант повёл своих людей вдоль улицы, в то время как Сантер медленно вернулся к Дезине. Она, как и прежде, всё ещё стояла там неподвижно. Он прочистил горло.

— Это было два золотых, — сообщила ему Дезина, не отрывая взгляда от тел у своих ног. — Сержант боялся, что вы потребуете от него долю.

Сантер тихо засмеялся.

— Я почти так и подумал. Ну так что, маэстра? Это работа некроманта?

— Я закончила своё расследование, — сказала она, глядя на него. На её губах заиграла лёгкая улыбка. — У вас есть некоторый опыт, Сантер. Как думаете вы, что здесь случилось?

Она закончила своё расследование? Опять, просто стоя рядом с трупами? Должно быть, магия действительно очень полезна! И всё же… почему-то сейчас в нём проснулось честолюбие показать, на что он способен.

Теперь он и сам медленно огляделся. Все три тела были перемещены.

— Это случилось незадолго до заката, — наконец промолвил он. — Поскольку все три тела были перемещены, чтобы спрятать их в тени. Что было бы излишне, будь уже ночь. — Сантер подошёл к телу, которое лежало немного в стороне и наклонился вперёд. — Здесь не была применена никакая магия. Удар в плечо длинным прямым лезвием, как у тонкого меча или рапиры. И горло перерезано.

Он уже хотел подняться, чтобы взять факел, когда над его головой появился небольшой белый огонёк, не слишком яркий, но света было достаточно, чтобы осветить пыльную землю.

— Спасибо, — поблагодарил он. Не считая огня в очаге, это была первая магия, которую сотворила маэстра, хоть и мелочь, но всё же впечатляюще. И практично. — Мужчина бежал в эту сторону, здесь стоял другой человек, и именно он перерезал глотку парню. — Сантер изучил брызги крови на стене и лужу на земле. — Он увернулся от крови… на нём были сапоги с мягкой кожаной подошвой, без каблуков. Затем он прошёл сюда.

Свет последовал за Сантером и следами.

— Здесь сапоги на каблуке, маленького размера, женские. На этих двоих одеты сандалии из старой корабельной верёвки. Дешёвая обувь, но следы от неё хорошо видны. Эта троица загнала женщину в угол… но драка началась не сразу, они какое-то время просто стояли. Потом что-то случилось и случилось быстро, потому что этот парень всё ещё выглядит удивлённым. — Сантер внимательно изучил тело и под впечатлением кивнул. — Аккуратный удар, прямо в горло, а через него в позвоночник. Он умирал медленно, но уже больше не принимал участие в драке. — Сантер наклонился и подобрал одну из тяжёлых, обёрнутых кожей, дубинок. Она была не особо чистой, но в двух местах грязная кожа порвана, а на дереве под ней виднелись зазубрены.

— Рапира. У длинного меча тяжёлое лезвие, оно оставило бы более глубокие зазубрены. Она отразила две атаки… Итак, до сих пор мы имеем трёх головорезов, устроивших засаду женщине. Завязалась драка, один умирает сразу, другой убегает, и ему у того угла вспарывает горло наш друг, а третий…

«Что ж, третий был похож на молочного поросёнка, который слишком долго висел над огнём», — подумал, наморщив нос, Сантер. Сладковатый запах горелого мяса всё ещё явно висел в воздухе… не особо приятный запах. Сантеру стало интересно, улучшает ли мантия Дезины и чувство обаяния, и если да, как она с этим справляется. Он внимательнее осмотрел труп. Хоть из-за огня черты лица были искажены, они всё ещё имели гневное выражение.

— Этот даже не заметил, как умер, — произнёс Сантер. Он снова встал, продолжая осматривать место преступления, и нашёл метательный кинжал с загнутым концом. Он задумчиво подобрал его и посмотрел туда, где находилось большинство следов женщины, и внимательно изучил стену. Магический свет маэстры метнулся вверх и вперёд, указывая на светлое пятно на камне.

— Этот парень бросил в нее кинжал, — заметил Сантер… и свет дёрнулся в сторону и к земле, где осветил что-то блестящее, наполовину закопанное в грязи и пыли.

Сантер наклонился и поднял серебряную шпильку, длинной примерно с ладонь, последняя треть шпильки была приплюснута и украшена тонкой гравюрой.

— Женщина была богатой, заботящейся о своей внешности, — задумчиво сказал Сантер, взвешивая шпильку в руке. — Это чистое серебро, и гравюра сделала рукой мастера. К тому же, каблуки её сапог имеют острые края, они не стоптаны. Она может позволить себе хорошую обувь и хорошо о ней заботится.

— Шпилька и сапоги — эльфийская работа, — сообщила ему маэстра. — Подошвы её сапог имеют рисунок, как видно по этому следу… — Сантер увидел, как она улыбается под капюшоном. — Люди обычно о таком не беспокоятся. Вы кое-что упустили, Сантер. Вон там.

Севет пролетел вперёд, показывая ему дорогу. В первый момент он подумал, что это огромная рыбья чешуя. Затем понял, что это — кусок полированной слоновой кости, какую иногда используют лютнисты.

— Мы ищем женщину с длинными волосами, которая любит закалывать их наверх, с ухоженным внешним видом, носит с собой рапиру и играет на лютне. Тарида — бард. — Маэстра тихо засмеялась, увидев выражение лица Сантера. — Довольно полезно, когда знаком с человеком, — объяснила она. — Я знаю девушку-барда уже два года и видела её только на прошлой неделе. Она всегда производит на меня впечатление. Своим голосом… одеждой и сапогами, подошва которых украшена. У неё есть рапира. — Маэстра ухмыльнулась. — Кроме того, я завидовала её волосам. Мои отказываются оставаться в причёске.