— Давайте скажем так, что кто-то однажды кое-что сделал для меня и моей семьи, и это очень сильно изменило мою жизнь. Я хотел бы отыграться. Я знаю, что Свен Ларсен имеет преимущество перед людьми, которые беззащитны, и думаю, у вас такая же ситуация. Я не обманываю вас. Это будет непросто, и для этого потребуется какое-то время. Если вы мне позволите, я смогу помочь вам получить причитающееся вам, но в этом случае вы должны помочь мне, — сказал Джефри.

Барбара склонила набок голову и мяукающим голосом сказала:

— Я не знаю, что сказать. Прошли давно те времена, когда мужчины предлагали мне свою помощь.

Джефри понял намек.

— Я понимаю, что в это сложно поверить.

— Мистер Андервуд, я знаю, что наша встреча деловая, но сейчас время коктейля. Не хотите ли чего-нибудь выпить?

Они прошли в гостиную, и Джефри заметил, как за каких-нибудь полчаса она выпила три бокала виски. «Ее действительно это заинтересовало», — с удовольствием подумал Джефри и понял, что ею можно легко манипулировать и что чувство реальности у нее решительно отсутствует. Он очень быстро найдет путь к нужной ему информации.

— Перед тем как прийти к тете Лилиан, давай остановимся где-нибудь выпить, — предложила Бретт.

Одна из ее девичьих фантазий стала теперь реальностью, и она решила отметить это событие.

— Естественно, — ответил Дэвид.

Пока они стояли на оживленном тротуаре, соображая, где поблизости можно найти такое место, Бретт подумала, что все, что произошло между ней и Дэвидом, было один к одному похоже на то, о чем она мечтала.

Она чувствовала глубокую безмерную радость, окружавшую ее везде, где бы она ни была, что бы она ни делала. Даже ее рабочие дела поворачивались к лучшему, и она уже выполнила три дополнительных заказа для одного рекламного агентства, которое было держателем акций американского отделения «Вуаля!». «Да, я очень хочу отметить это», — сказала она себе.

— «Камера судьи» всего в двух кварталах отсюда. Ты была там?

— Нет.

Через несколько минут они нырнули в обитый панелями бар, где им показали на угловую кабинку, подальше от деловой суеты.

— Давай возьмем шампанского, — сказала Бретт и заказала его, прежде чем Дэвид смог как-то отреагировать на ее предложение.

— Мы что-нибудь отмечаем? А почему я не знаю? — спросил он.

— Отмечаю я, и я подумала, что ты мог бы присоединиться ко мне, — поддразнила его Бретт.

— Понятно, но можно мне узнать, что именно?

— Ты можешь считать это глупостью, но я хочу отпраздновать исполнение своей мечты. Не смейся, я не скажу, потому что ты все равно не поверишь.

— Кто, я? — спросил Дэвид с серьезной миной.

— Когда я была маленькой девочкой, я обычно придумывала разные истории о тебе, а одной из моих самых любимых была та, что ты закончил школу и вернулся назад в Нью-Йорк, и я помогаю оформлять твою квартиру. Сегодняшний поход в мебельный магазин был очень похож на то, что моя мечта сбывается. Я понимаю, что, наверно, эту историю можно перевернуть как угодно, но все равно у тебя не получится. Лизи тоже всегда смеялась над моими мечтами: «Дэвид, — говорила она. — Ты сумасшедшая! Он заумный — ему нужны только койка, компьютер и ключ для открывания консервов».

Дэвид улыбнулся и поднял свой бокал.

— Слишком много для моей проницательной сестры. Надеюсь, я смогу также легко исполнить все остальные твои мечты.

— Дэвид, когда я впервые увидела тебя, я захотела, чтобы ты стал моим братом. Потом, когда я немного подросла, мои чувства переросли во влюбленность. Но ты знал об этом, да?

— Полагаю, что знал, ведь ты была так наполнена этим. Мне было жаль тебя — нет, наверно, это было другое. Думаю, я расстраивался из-за тебя. Твоя жизнь казалась такой одинокой, и ты так усердно старалась всех благодарить. Но все изменилось, когда ты переехала к своей тете. Ты стала совсем другой девочкой.

Искренность Дэвида была всепоглощающей, и Бретт почувствовала себя спасенной. Он не будет смеяться над ней и не сделает ей больно.

— Ты прав. Человек, которого я действительно хотела поблагодарить, была моя мать, но я поняла, что это невозможно: каждая из нас живет своей собственной жизнью. Это до сих пор грустно. Дэвид, я никогда не благодарила тебя за то, что ты в тот вечер убийства был со мной. Я бы тогда не смогла без тебя, а потом ты уехал в Калифорнию. Но я помню, как брыкалась, визжала и царапалась, а ты держал меня так крепко, как только мог.

— Это было единственное, что я мог.

— Спасибо, — тихо сказала Бретт.

Взгляд в никуда заволок ее зеленые глаза, и Дэвид увидел, что слезы были уже близко.

— Ты видишь, я ни разу не рассмеялся.

Когда нас ожидает тетя Лилиан? — спросил он.

— В восемь, у нас еще полно времени.

— Прекрасно, мне кажется, сегодня отличный вечер — можно было бы прогуляться. Как ты думаешь?

— Здорово, — сказала Бретт.

Дэвид положил двадцатидолларовую банкноту в бокал из-под бренди на пианино. Молодой парень, перебиравший клавиши, кивнул в знак благодарности и подмигнул им, когда они выходили. Держась за руки, они выплыли в мягкий апрельский вечер под мелодию Билли Джоэла «Мне нравится, что ты есть ты».