— Я не отпущу тебя, Зефир.

Его рука просто провела по ее бедру, его слова прозвучали нежно в пространстве между ними.

Ее сердцебиение участилось.

— Но…

— Ты знаешь, как образуется радуга?

Зефир нахмурилась.

— Когда солнечный свет проходит сквозь капли дождя.

— Сколько я себя помню, моя жизнь была только серой, — тихо сказал он ей. — Дождь и грозовые тучи, которые никогда не уходили. Ты пробилась сквозь это, всеми яркими оттенками, буйством и жизнью. И тучи все еще не ушли, но мои глаза не могут оторвать взгляд от радуги достаточно долго, чтобы увидеть их. Ты все изменила. И я не позволю этому ускользнуть, Зефир. Я не отпущу тебя. Выбрось это из головы прямо сейчас.

Ее глаза горели.

Это было прекрасно. То, как он видел ее, было прекрасно. И хотя она все еще злилась на него, она крепко обняла его, всхлипывая, сама не зная почему, и впервые за все время ее жизни он обнял ее.

Глава 24

Зефир

В ту ночь она не вернулась с ним.

Но он остался на ночь. Он остался на ночь, просто обнимая ее, позволяя ей плакать, позволяя ей бить его, но не позволяя ей отстраниться. Она провалилась в измученный сон и проснулась от того, что его пальцы нежно гладили ее спину, ее щека лежала на его груди, а он лежал без сна, погруженный в какие-то мысли. И что-то изменилось в их отношениях с того утра. Зефир не знала, было ли это из-за того, что она стала сдерживаться, или из-за того, что он стал давать больше, но все не осталось по-прежнему.

В ту ночь она осталась с сестрой, и он тоже остался с ними, не отходя от нее, пока она не заснула, зная, что она уязвима, и позволяя ей быть такой. Она вышла из своей комнаты с ним и увидела, что Зен смотрит «Криминальное Чтиво» и уселась рядом с ней. Альфа занял место на другой стороне дивана, между ним и ее сестрой происходил тихий разговор, и они втроем просто смотрели одну серию за другой. Когда она заснула, он отнес ее обратно в спальню и ушел только после этого.

На следующее утро он вернулся не только с завтраком, но и с собаками, на поводке в одной руке.

Медведь, ее особенный мальчик, увидел ее, и его хвост начал беспрестанно вилять. Как только они оказались на свободе, он набросился на нее со своей любовью, толкая ее на пол и облизывая ее руки, когда она обнимала его.

— Дома он скулил, — язвительно сказал Альфа, усаживаясь на табурет у кухонной стойки.

Две другие собаки обошли квартиру, исследуя новые запахи, Барон обнюхивал Зенит, наблюдая за ней с весельем, а Бандит, как обычно, лизал ее.

Гектор вошел через открытую дверь, осмотрел Зен и кивнул ей.

— Йоу, Зи. У тебя все хорошо?

Она улыбнулась ему, погладила Медведя, который положил голову ей на колени и начал издавать радостные звуки, похожие на урчание мотора.

— Это подло, — сказала она Альфе, обнимая собаку. — Ты привёз их, чтобы соблазнить меня вернуться.

Неповрежденная сторона его рта дернулась, повязка на глазу блеснула в лучах утреннего солнца.

Зен рассмеялась сбоку.

— Ну, как бы романтично это ни было, мне пора. — она надела свой шелковый шарф. — Кстати, мама и папа хотят с тобой поговорить. Лучше позвони им. — она посмотрела на Альфа. — Шурин.

Альфа кивнул ей.

— Невестка.

Это было мило.

Зен вышла из квартиры, и Гектор последовал за ней, оставив их наедине с собаками.

— Ты должна пригласить своих родителей на ужин, — предложил Альфа, лукаво поблескивая золотыми глазами.

— Ты говоришь это только для того, чтобы я вернулась.

Он ничего не ответил, но он был прав. Но она все еще не чувствовала себя готовой, поэтому держалась в стороне.

Он упорствовал. Раньше она сама ездила к нему на работу по вечерам, теперь он ждал ее возле салона, когда она заканчивала работу, отвозил ее оттуда в квартиру, оставляя у двери с крепким поцелуем. Каждый день был одинаковым, их новый распорядок дня. Он привозил ей завтрак и собак, отвозил на работу, забирал ее и повторял все сначала. Каждый день он пытался уговорить ее уехать с ним домой, и каждый раз, когда она отказывалась, он не сдавался.

Это было странно, этот Альфа, который упорно отказывался отпустить ее, и тот, кто медленно впускал ее в свое новое сердце. День за днем, вплоть до того, что Зен сказала ей дать ему еще один шанс. И она отправилась домой. Все было по-прежнему, но чувствовала она себя по-другому. Может, она чувствовала себя по-другому.

Лия была рада ее видеть, сказав, что без нее в доме слишком пусто. Нала была рада ее видеть, сказав, что никто не ценит ее еду так, как она. И Альфа, он был рад видеть ее, ничего не сказал, но отнес ее сумку в спальню.