– Спинку? – переспросил Вася, которому показалось, что он ослышался. – Иное место? Ты дурак или прикалываешься?

– Яков я, – напомнил денщик.

– Ну, вот что, Яков. Иди-ка ты, братец, в пизду. Дорогу объяснять некогда, сам у кого-нибудь спросишь. Язык и не туда доведет.

До Якова, наконец, дошло, что в его услугах здесь никто не нуждается, и он вразвалочку покинул ванную. Вася захлопнул за ним дверь и запер ее на шпингалет. Затем разделся и забрался в чугунную устрицу.

– Персонал тут, конечно, непростой, – проворчал он, погрузившись в воду так, что на поверхности торчали только нос, глаза и губы. – Специфический. Что ни кадр, то кунсткамера. Хуй знает, чего от них ждать. Нужно глядеть в оба.

Совершив омовение, Вася обнаружил на стуле свежий комплект одежды, точь-в-точь прежний – те же кружевные панцу, тот же пиджак нетрадиционного покроя. Облачившись, он отправился искать столовую. Впрочем, поиски закончились, не успев начаться. Едва покинув ванную, он нос к носу столкнулся с Иннокентием.

– Добрый вечер, господин, – поприветствовал его дворецкий и почтительно склонил седую голову.

– Добрый-то он добрый, да не для всех, – буркнул Вася. – Слушай, братан, можно кое-что спросить?

– Разумеется. Для того я и здесь, чтобы помогать вам во всем.

– Я вот чего хотел узнать, – собравшись с силами, сказал Вася. – Здесь есть кто-нибудь еще, кроме вас троих?

– Здесь, это в склепе? – уточнил Иннокентий.

– Да, в нем.

– Разумеется, – прозвучало в ответ.

Васе стало дурно. Неужели это был не сон? Неужели какая-то лолька наяву забралась в его спальню и подвергла оральному истязанию?

– А кто еще тут есть? – простонал он тихо, боясь услышать возможный ответ.

– Вы, разумеется, – невозмутимо произнес Иннокентий.

Вася злобно уставился на дворецкого.

– Пиздец ты шутник! – проворчал он. – Тебе надо было в клоуны идти. Ну а кроме меня и вас троих тут есть еще кто-нибудь?

– Кроме вас и нас больше никого, – ответил Иннокентий.

– Точно? – прищурившись, спросил Вася. – Без пизды?

Иннокентий приосанился и произнес с достоинством:

– Господин. Вот уже двести лет я состою дворецким в фамильном склепе Носфератовых. Я знаю этот склеп от и до: знаю каждый уголок, каждый закуток, каждую скрипучую половицу и каждого здешнего таракана. Могу вас заверить – если бы здесь был кто-то еще, мне тотчас же стало бы об этом известно.

Эти слова немного утешили Васю. Немного. Но не полностью.

– А никакой девочки тут нет? – осторожно спросил он.

Иннокентий удивленно приподнял брови.

– Девочки? – переспросил он. – Какой такой девочки?

– Да какой-нибудь, – уклончиво ответил Вася. – Просто девочки. Знаешь – девочки. Которые не мальчики.

Иннокентий призадумался. Затем неуверенно вымолвил:

– Ну, разве что Матильда….

– Твоя Матильда ничуть не девочка! Вообще не капельки. Может быть, она и была девочкой когда-то давно, еще при мамонтах, но точно не сейчас. Нет, я говорю про настоящую девочку. Маленькую. Лет, хуй знает, восьми-девяти. Где-то так.

Иннокентий медленно покачал головой.

– Таких девочек, господин, здесь точно нет.

– А не могла какая-нибудь быстро забежать и выбежать, а ты не заметил? – допытывался Вася. – Эти девочки, они ведь шустрые. За ними хуй уследишь. Вроде нет никаких девочек, а потом хуяк, и ты уже заезжаешь на восьмерку.

– Господин, – произнес дворецкий, – этот склеп был построен как крепость. В древние времена вампирские семьи часто враждовали между собой, а потому строили свои убежища так, чтобы в них не мог проникнуть никто посторонний. Уверяю вас, ни девочка, ни мальчик не могли забежать сюда незаметно и так же незаметно выбежать наружу.

– Точно?

– Абсолютно.

Вася шумно выдохнул. Значит, все-таки сон. Конечно, хорошего здесь было мало, такие сны явно не к добру. Но они все же лучше, чем страшная явь. Вася пришел к выводу, что причина всему кроется в перемене обстановки и социального статуса. Все вокруг было для него в новинку, да и сам он теперь стал вампиром, чего с ним раньше не случалось. Вот и приснилась какая-то лютая хрень.

– А почему вы интересуетесь некой девочкой? – вторгся в его размышления Иннокентий.

Вася вздрогнул.

– Ни почему! – отрезал он. – Просто так. Ты, братан, об этом разговоре забудь. Понял меня?

– Разумеется.

– И, смотри, никому не проболтайся. Ни Матильде, ни горбатому. Особенно горбатому.

– Об этом вы могли бы не говорить.

– Ну и хорошо. Как там насчет завтрака? Я голодный что пиздец.

– Прошу за мной, – предложил Иннокентий. – Я провожу вас в столовую.

В столовой склепа Вася оказался впервые. В ходе вчерашней экскурсии ему ее не показали, и теперь стало ясно – почему. Нигде в родовом гнезде упадок не ощущался столь сильно, как здесь.