Ворон заметил его на полпути к дому Одина. Лошадка медленной рысью самостоятельно шла по дороге, а всадник, кажется, храпел в седле.

На этот раз Хугин рассердился не на шутку, подлетел и, громко каркая, сильно клюнул Торфи в шею, так что из маленькой ранки пошла кровь. Спящий воин проснулся, первое, что он увидел, был большой ворон, сидящий на холке лошади, каркающий и размахвающий крыльями.

– Ну, чего ты ругаешься, Хугин? Видишь же, еду я, по первому твоему зову.

– Как ты едешь, так, может, к обеду и доберешься, а мне за тебя хозяин шею свернет! – прокаркал Хугин.

– Давно пора! – ухмыльнулся Торфи, прикрывая на всякий случай рукой глаза: вдруг эта птица опять захочет клеваться.

Хугин перелетел и уселся на плече Торфи, больно клюнув его в затылок.

– А ну, давай, погоняй свою лошадь!

Торфи к этому времени окончательно проснулся и быстро поскакал к месту встречи с повелителем.

– Хугин, а ты не знаешь, что понадобилось Одину в аду? – спросил Торфи.

– Приедешь – сам у него спросишь! – огрызнулся старый ворон.

– Ну ладно, не обижайся, дальше Утгарда я никогда еще не был. А тут вон какая даль, в самый Хель!

– Ничего, съезди и туда для разнообразия. Если проиграем Ригнарёк – все будем вечно бродить по Хелю, можешь присмотреть там себе местечко заранее.

– Прекращай каркать, Хугин. Ничего мы не проиграем, – уверенно сказал Торфи.

– Хорошо, только не засыпай опять. Я лечу к хозяину и ты поспеши.

С этими словами Хугин взлетел с плеча Торфи.

Подлетев к дому, ворон увидел, что Одина пока нету, а Иллуги с Оттаром мирно о чем-то беседуют. Торфи почти уже приехал.

– Вроде, все в порядке, свое поручение я выполнил, – подумал Хугин и умчался ввысь, куда-то по своим вороньим делам.

Один проснулся, когда на улице уже было светло.

«Кажется, я проспал намного больше, чем хотел, – подумал Один. – Ну, ничего, зато хоть выспался».

Он быстро поднялся, плеснул себе воды в лицо из ковша в углу. Осмотрелся – Хугина нигде не видно. Взял меч, копье и другие вещи, приготовленные еще с вечера, и вышел из дома. Три воина, сопровождающие его в этом походе, уже давно ждали на улице. Хугин и Мунин сидели высоко на ветвях дуба, растущего во дворе.

– Ну, что, все в сборе? Это хорошо, – сказал Один, рассматривая снаряжение трех воинов.

– Оттар, это твой первый поход с асами. Не подведи меня. Путешествие будет трудным – до Перекрестка Миров доберемся, как обычно, а там будем изображать простых людей из Миргарда – и так до самого Хеля. Никакой магии, никакого бахвальства. Нам надо дойти до Хеля, и чтоб никто не заподозрил, что мы из асов. Иначе все путешествие будет напрасным. Обратно вернемся побыстрее. Время не ждет – Ригнарёк не за горами.

Один отошел от воинов, приложил ладони ко рту и крикнул:

– Ио-хо-хо, Слейпнир, твой хозяин зовет тебя! Потом издал еще какой-то звук, который не могло бы повторить ни одно человеческое горло.

Воздух перед Одином начал темнеть, в сгустке темного сверкнуло несколько синих молний, потом облако с молниями рассеялось, а вместо него стоял очень большой черный конь с сияющими красными глазами и гривой цвета серебра. Вместо четырех ног у Слейпнира было восемь, и все они заканчивались серебряными копытами. Один вскочил на спину коня и что-то шепнул ему на ухо.

Тут же из-под копыт у Слейпнира появилась радуга, один конец ее был как раз у коня под ногами, а другой терялся где-то вдалеке.

– Скачите за мной, – приказал Один воинам, – и старайтесь не потерять меня из виду. Ничего не бойтесь: дорога под вами будет твердой, пока последняя лошадь не коснется копытами земли на Перекрестке Миров. Только не вздумайте оборачиваться назад, пустота между мирами не терпит трусов.

Слейпнир с Одином поскакал вперед по радуге. Хугин уже сидел на плече хозяина, а Мунин летел в воздухе, громко крича. Один махнул рукой трем воинам, чтобы они следовали за ним на своих лошадях. Иллуги и Торфи уже привыкли к такому способу передвижения из одного мира в другой, а вот Оттару было немного не по себе, когда его конь послушно поскакал по переливающейся перламутром дороге, высоко над землей. Иллуги ехал впереди, он повернулся и крикнул что-то Оттару, но тот не мог его услышать из-за воя ветра, заглушающего все остальные звуки.

Один скакал впереди, он намного перегнал своих спутников, хотя Слейпнир не использовал даже четверти своих возможностей и нетерпеливо ржал под асом. Один, как мог, успокаивал коня: если его помощники потеряют аса из виду и испугаются, дорога может исчезнуть под ними, и они полетят в бездонную пропасть между мирами, а асу хотелось не меньше, чем его коню, проскакать во весь опор между землей и небом, пролететь над головами людей в виде быстрой молнии, так, чтобы дух захватило. Забыть хоть на время обо всех заботах и носиться по небу, пока хватает сил у него и у лошади, а потом, измучившись, лечь под старым ясенем и лежать, ни о чем не думая, пока голова не станет легкой и ясной.