Больше она ни слова не говорила. Лишь шла вперед, следя чтобы мы не отставали и не застывали напротив новых плакатов. Хотя многим хотелось. Эва осматривала предметы искусства, а Терра драгоценности, которые демонстрировали лучшие ювелирные лавки планеты. Уже мне приходилось хватать их за шкирку или шлепать по задницам, чтобы не отвлекались. Как дети малые.

Вскоре мы покинули белые помещения космопорта и вышли наружу. Там, где зелень окружающих деревьев и газона ударила мне в глаза, заставляя их слезиться от непривычки, яркое солнце неумолимо било своими лучами, и дорогу вперед мне пришлось высматривать, закрываясь рукой. Слишком долго пробыл на корабле. Но это не отнимает того факта, что здесь красиво. Все аккуратно, ухожено и сделано так, чтобы ты мог расслабиться. Уверен, сядь я на эту траву то смогу оценить ее мягкость. Но видится мне, что лучше этого не делать. Не так поймут.

Шаттл, стоявший перед нами, больше напоминал огромную пилюлю, чем летательный аппарат будущего. В моем времени я прилетел в Хаб Сити на шаттле, который выглядел гораздо презентабельнее и убедительней чем это недоразумение овальной формы.

Рейя подошла к нему и коснувшись гладкой белой поверхности своей маленькой ручкой, активировала системы. Створки раздвинулись, открывая перед нами богатое убранство с удобными креслами.

— Прошу внутрь, молодой хозяин, — сказала она, отвешивая глубокий поклон и давая мне возможность взойти на борт первым.

Я оказался внутри и тут же занял место у окна. Конечно хотелось рассмотреть город получше с высоты птичьего полета. Со стороны космопорта смотреть было особо не на что, да и мой взор был обращен на девушек в непривычных для них нарядах. Посему сейчас я хотел бы наверстать упущенное.

Следом за мной зашла Терра, а только после нее Эва. Кошка села рядом со мной, а ведьма напротив. Рядом с ней оказалась Рейя. Кстати, ее белый костюм означает, что она не главная рабыня? Я правильно понимаю всю эту рабскую иерархию Регулуса?

Двери закрылись, отрезая нас от прекрасного здания и моего корабля, которые будут ремонтировать службы порта. Шаттл мягко поднялся в воздух словно у него на крыше были привязаны гелиевые шарики. Такой мягкости хода не было в моем времени, всегда трясло и заставляло подпрыгивать. Лишь в полете можно было расслабиться. Но здесь все иначе.

Пока я с интересом смотрел в окно, ощутил, как чья-то рука коснулась моего колена. Меня это сначала не удивило, ведь Терра сидела рядом и вполне могла захотеть коснуться меня… Но прикосновение было странным, более робким и неуверенным, рука почти не чувствовалась на моем бедре…

— Ты чего это удумала? — спросил я у Рейи которая, откинув капюшон стояла на коленях перед мной.

— Приказ вашего отца…

Ее глаза покрылись влагой, она не особо хотела это делать, но видимо, страшилась наказания больше, чем потери самоуважения.

— Сядь на место, мне этого не нужно, — сказал я, проведя рукой по ее шелковистым коротким черным волосам.

Мой указательный палец очертил линии ее подбородка, а затем поднявшись вдоль носа ткнул ее в лоб, так чтобы она ойкнула от легкой боли.

— Но как же… Я должна выполнить приказ, — растерянно прощебетала она.

Эва с Террой смотрели на меня с интересом и ожиданием. Они ждут моего решения, при этом стараясь полностью свести свое присутствие к минимуму. Реши я прямо сейчас воспользоваться девушкой, они меня не остановят, но отношения наши это подпортит весьма сильно.

— Сядь на место! — прорычал я, указывая пальцем.

Девушка затряслась от моего сурового взгляда, и послушно вернулась на место. С уголков ее глаз потекли слезы, а во взгляде застыла странная смесь обреченности и облегчения. Эва коротко улыбнулась мне, а Терра коснулась хвостом моего колена и мягко провела его кончиком. Видимо, я поступил правильно. Но мне все это принуждение не нравится. Точнее не в таком ключе мне этого хочется. Когда я принуждаю это одно, но вот когда кто-то другой приказывает девушке удовлетворить меня. Нет уж.

— Меня накажут, — прошептала она, — Молодой хозяин, я только стала рабыней. Прошу вас. Меня могут отдать в казармы…

— Успокойся! — прорычал я, чтобы она заткнулась и не закатывала истерик, — никто тебя не накажет, скажешь, что все сделала, как и было велено. Не будут же они мне в штаны заглядывать.

— Но я не смогу соврать, ошейник, — она оттянула металлический обруч на своей шее большим пальцем.

Тогда я поднялся на ноги и нагнувшись к ней притянул ее за подбородок. Наши губы соприкоснулись в долгом поцелуе. Ее губы мокрые от слез были мягкими и почти невесомыми по ощущениям. Сначала она протестующе замычала, а затем расслабилась. Когда я отстранился она продолжала оцепенело сидеть с закрытыми глазами ожидая продолжения, но я сказал:

— Спасибо, теперь я удовлетворен.

Эва засмеялась, Терра поддержала ее со словами:

— В принципе и так можно.

— Спасибо, — искренне поблагодарила меня покрасневшая Рейя.

— Все, не мешайте мне смотреть в окно, — отмахнулся я от их взглядов отворачиваясь чтобы вновь начать любоваться просторами.

В такт моим словам, верхняя половина шаттла резко стала прозрачной открывая панорамный вид на город вокруг. Моему взору предстали высокие шпили белых башен, окутанные лентами монорельса, по которому ходили вагоны взад и вперед перевозя пассажиров. Внизу раскинулись парки и ухоженные дороги с множеством площадок для шаттлов. И везде было огромное обилие зелени: кусты, деревья, поляны с газоном. Множество людей, которые как муравьи сновали по своим делам. Весь город словно сошел с обложки картинки про утопическое будущее планеты Земля. Именно таким представляли себе будущее в самом позитивном ключе.