— Хорошо, — помрачнела Ваэрия. — Не хочу обострять наши отношения, поэтому пойду вам навстречу. Но с вас потом уступка в будущем, когда я о ней попрошу. И учтите — если Твайна перейдет к вам, она будет не моей ваэрия, а вашим…человеком-имуществом. Делайте с ней что хотите.

— Вот как? — в голове у меня начала оформляться некая мысль. — А давай сделаем так: ты выведешь все отбитое у тельнор «имущество» ваэрия вместе с Твайной. Они ведь не из твоего клана, верно? И мы их спросим, куда они хотят — к тебе в рабы или к нам. Если к нам, мы выкупаем таких ваэрия за…ну скажем, за кусок парусины площадью три на три шага за каждую голову. И забираем вместе с Твайной.

— Думаешь, кто-то захочет в рабы к людям? — ухмыльнулась Квайра, облизав губы. — Хочешь поиграть с «имуществом»? Ну что же, давай попробуем. Но с одним условием — ты заплатишь в любом случае. За каждого, кто решит остаться в общине Вэнлай, я возьму штраф куском паруса полтора на полтора шага. Я не хочу остаться внакладе, потворствуя твоим играм, а паруса мне нужны, в них много чужой магии. Пойдет?

— По рукам, — кивнул я.

Первой магички Квайры вывели на палубу Тайну со связанными позади руками. Выглядела она подавлено, хотя следов побоев или чего-то подобного я не заметил. Квайра лично разрезала каменным ножом стягивающие ей руки тонкие лианы и улыбнулась, растянув безгубый рот.

— Не-тлай Твайна, ты обвиняешься в превышении посольских полномочий и действиях против безопасности гнезд Интлая. Я хотела судить тебя дома, но наши союзники настаивают на разговоре здесь и сейчас и требуют твоей выдачи общине Авалона, если ты согласишься на это. Я должна признать, что у тебя есть масса смягчающих обстоятельств и ситуация непростая. Обещаю, что рассмотрю твое дело по возможности благосклонно и буду к тебе милостива. Но если ты решишь присоединиться к ним, то я буду считать тебя виновной по всем пунктам и изгоню из гнезда. Что ты решишь?

Твайна помолчала, потупив голову, потом пристально посмотрела на меня, на Макарыча, на Квайру. И, наконец, решилась:

— Я остаюсь на Авалоне и принесу присягу людям.

— Ты уверена? Ты понимаешь последствия этого шага?

— Вполне. Я остаюсь.

Квайра поморщилась, не сумев скрыть на лице выражение досады и разочарования, а Макарыч, сделав шаг вперед, взял магичку за плечо и отставил ее себе за спину.

— Она выбрала. Видимо, у тебя такая репутация, что надеяться на твои милости не приходится, госпожа, — добавил он.

— Твайна, ты изгнана! — зло бросила Квайра.

— Да, бывшая госпожа.

А затем на палубу начали выводить отбитых у тельнор ваэрия. Впервые я увидел их самцов, и они меня не впечатлили — какие-то мелкие и щуплые, держаться подавлено. Однако, выбирать переход на сторону людей им это не мешало. Четверо из каждых пяти ваэрия после вопроса Квайры подходили и вставали рядом с Твайной, решив остаться на Авалоне. Сначала Квайра презрительно кривилась, потом хмурилась, а под конец натурально взорвалась.

— Почему наше имущество хочет прислуживать людям?! Что произошло, я не пойму? Твайна, эти идиотки держали тебя под арестом в одном трюме с «имуществом»?! — заорала она.

— Да, бывшая госпожа. Твои охранницы держали меня вместе с ними и я рассказала ваэрия как живет «имущество» людей. Рабам тельнор мой рассказ пришелся по душе. А еще люди их кормили, пока твои слуги были заняты другими делами.

— И ты наверняка надеешься основать на Авалоне свое собственное гнездо под людским покровительством?

— Только если мой ярл Спешин разрешит мне сделать это, — тихо ответила Твайна.

В ответ Квайра разразилась длинной возмущенной птичьей трелью, которую переводчик почему-то отказался переводить. А затем встала с места, махнула рукой и постаралась улыбнуться.

— Что же, в этот раз вы переиграли меня, люди. Я вас недооценила, причем дважды. При этом я должна признать: вы верны своему слову и союзническим обязательствам. Я жду мои паруса в уплату за всех, кто решил остаться с вами и со мной. Корабль ваш, дележ окончен. Завтра мы покинем Авалон.

— Ты уверен, что хочешь разрешить Твайне создать на Авалоне собственное гнездо, дорогой? Это может стать опасным! — озабоченно сказала Юля, поставив на столик кафе чашку с капучино. — Я бы не советовала этого делать.

Я только вздохнул в ответ, — что же, этого и следовало ожидать. Если ты вступил с девушкой в близкие отношения и спишь с ней, то смирись с тем, что у тебя появился личный планирующий, надзирающий и контролирующий орган. Даже если эта девушка — такая замечательная подруга как моя судоводительница… Вчера мы уже обсуждали строительство небольшого домика для нас на берегу, и отнюдь не по моей инициативе, да. Причем Юля успела набросать краткий список вещей, которые нужно купить в него за наши канделы, включая ростовое зеркало и двуспальную кровать с анатомическим матрасом. А сегодня извольте видеть: речь зашла о внутренней политике общины.