Глава 2

Голо-сообщение, требующий особого кода безопасности королевы, был не от кого иного, как от канцлера Палпатина, и хотя он был краток, в нем говорилось, что он скоро прибудет в дом у озера, чтобы нанести официальный визит. Он извинился за столь короткий срок. Этот ореол вызвал небольшой переполох-в основном потому, что половина из них все еще была в плавательной одежде,—но Падме всегда была окружена непревзойденными профессионалами, и они были невероятно приспособлены.

Рабе провела щеткой по волосам королевы и обдумала брошенный ей вызов. Собирая вещи, она и Яне договорились об упрощенном гардеробе для всех, включая Падме, и соответственно не привезли с собой никаких нарядов, которые были бы полностью уместны для такой политической встречи высокого уровня. Никаких политических встреч на высшем уровне не должно было быть, по крайней мере в это время предвыборного цикла. Но само присутствие канцлера Палпатина требовало определенного уровня формальности, и теперь малышка столкнулась с небольшой проблемой.

Иногда было трудно объяснить, что означает ее положение служанки королевы. Отчасти ее задача была оборонительной-консультационной—но отчасти и эстетической. И отчасти это придавало всем частям одинаковый вес. Постороннему человеку, даже с НАБУ, было легко закатить глаза, когда мимо проезжал поезд с багажом королевы. Пачки ткани и замысловатые головные уборы можно было бы отбросить как расточительные или причудливые, в зависимости от настроения существа, делающего отклонение, но каждый предмет выполнял определенную функцию, как и его размещение. По крайней мере, большинство тканей были обработаны смолой, что делало их устойчивыми к бластерному огню. Украшенные драгоценными камнями броши могли скрывать записывающие устройства или личный щит. Самые тяжелые платья поддерживали физический барьер вокруг королевы и имели, по сути, аварийный люк, так что Падме могла сбросить весь наряд-за исключением утилитарного Нижнего костюма—если ей нужно было быстро двигаться. Головные уборы отвлекали внимание от лица королевы, что облегчало подсадной утке возможность вмешаться, если потребуется. Рабе смотрела на гардероб и аксессуары королевы так же, как она смотрела на королевский пистолет: необходимые компоненты должны быть развернуты с полной осознанностью и хитростью.

– Хочешь, займись, пожалуйста, косичками Саше и Эйрте, - распорядилась Рабе. Молодая Гвардейка появилась в дверном проеме, сложив руки вместе на животе, и схватила новую, не спрашивая, что Палпатин только что приземлился.
– Простая тройка и нефритовые булавки. Вы можете сделать это сами, когда закончите?”

“Конечно, - сказала Яне. “Ну, мне может понадобиться помощь с булавками сзади.”

“Я могу это сделать, - сказала Саше. “Я много тренировалась.”

– Отлично” - сказала Рабе. “Ты наденешь темно-красную мантию с опущенными капюшонами. Тот, кто не заплетается первым, может их разложить.”

Саше уже сидела, поэтому Эйрте встала и пошла в чулан. Они все могли слышать жужжание, когда дроид, который держал все в порядке, вызвал одежду, которую она просила.

– Сабе, нам придется воспользоваться местечком на берегу озера, - заявила Рэбе. “Это самая причудливая вещь, которую мы упаковали, и мы не ожидаем опасности. Попробуй найти куртку, чтобы прикрыть ей спину, а потом принеси нам зеленые халаты. Мы наденем капюшоны, хотя сейчас слишком тепло.”

Сабо соскользнула с подножки кровати, где она расчесывала свои собственные волосы, и исчезла вслед за Эйрте в шкафу.

“А как насчет меня?- Спросила Падме озорным тоном. “Я не хочу попасться у вас на пути.”

– О, успокойся” - сказал Рабе. “Но как это типично для канцлера-явиться с таким незначительным предупреждением, когда мы совсем не готовы принять его!”

“Он приехал домой, чтобы принять участие в выборах, - сказала Падме. “Но он не может остаться после инаугурации. Возможно, нам следовало бы этого ожидать, но вряд ли вы виноваты в том, что не смогли прочитать его мысли, когда он еще даже не был на планете.”

Рабе издала неприличный звук и продолжила расчесывать волосы Падме. Она не любила, когда ее застигали врасплох, и, к ее чести, это случалось очень редко. Двигаясь с эффективностью долгой практики, она запустила полдюжины кос в волосы Падме, каждый из которых был перевит золотыми и серебряными лентами. Затем косы были заколоты в шесть широких петель, начиная от ушей Падме и огибая ее голову сзади, чтобы создать иллюзию размера, которая обычно создавалась отсутствующим головным убором. Рабе добавила еще несколько лент, и они каскадом посыпались на спину Падме.

– Вот, - сказал Сабе, поднимая шаль цвета слоновой кости. “А тебе это подойдет?”

“Да, я так думаю” - ответил Рабе. “А вы вдвоем справитесь, пока я сама за собой присмотрю?”

Сабе кивнула, и Падме встала. Она уже была одета в сорочку, но в городе на берегу озера не было никакой одежды, поэтому она разделась до пояса, пока Фабе укладывала платье на пол, чтобы она могла войти. Как только Сабе натянула платье до плеч и пристегнула застежку на шее Падме, она рассправила шаль и все ленты.