— Что ж, если это все, прокурор, я оставлю вас с другими делами.

Когда я повернулась, чтобы уйти, он слегка усмехнулся.

— Присаживайся, Елена. Обещаю вести себя профессионально. Можно ли обвинить человека в том, что он заинтригован, увидев привидение из своего детства?

Я проигнорировала его, продолжая идти к двери. Это не поставило бы под угрозу дело, а я устала от мужчин и их игр. Я чувствовала себя заложницей всю жизнь, сначала с Симусом, затем с Даниэлем, а теперь и с Данте. У меня достаточно проблем. Я не нуждалась, чтобы Деннис контролировал любой аспект моей жизни, даже если это была лишь десятиминутная встреча.

— Пожалуйста, прости меня, — крикнул он, когда я схватилась за дверную ручку. — Я хотел бы познакомиться с мисс Ломбарди — адвокатом. Всего лишь четвертый год работы, но, похоже, ты уже сделала себе имя в уголовном суде.

Я колебалась. Его нить зацепилась за ушко моей гордости и застряла в подушечке сердца.

— Помощник прокурора США Джером Хансен почти отказался вести дело Арнольда Беккера, когда узнал, что ты представляешь его интересы, — продолжил он, льстиво.

К сожалению, это сработало.

Я крутанула туфлю на красном каблуке и приподняла бровь, глядя на него.

— У меня есть время присесть, если вы хотите и дальше меня хвалить.

Деннис рассмеялся, его лицо еще более приятно изогнулось.

— Тогда садись, пожалуйста. Расскажи мне, как ты узнала, что «WDH» несправедливо уволила его. Наш частный детектив не смог этого выяснить.

Я застенчиво взглянула на него.

— Это между частным детективом нашей компании Рикардо Ставосом и мной.

Он вздохнул, и хотя я много лет не встречалась ни с кем, кроме Дэниела, я узнала в этом намек на флирт.

— Женщина с секретами.

— Честная женщина, — поправила я.

— Приятно знать, что яблоко упало далеко от дерева. — я поджала губы, услышав еще один комментарий о моем отце, но Деннис поднял руки, изображая притворную капитуляцию. — Тебе действительно не любопытно услышать о детских злоключениях о твоём отце?

— Нет. Ничто из того, что вы говорите, не может очеловечить человека, которого я знаю как монстра.

Он казался шокированным моей прямотой.

— Он всегда был немного негодяем… но я не знал, что он пошел по такой темной тропе.

— Не удивляйтесь, если однажды вы возбудите против него дело, если он когда-нибудь окажется в США.

Мне снились кошмары о том, что происходит, и я благодарила свою счастливую звезду, что много лет назад мне посчастливилось взять мамину фамилию, чтобы не быть связанной с ним.

— И, к сведению, я бы предпочла, чтобы люди не знали, что я была с ним в родстве.

— Конечно. — Деннис посмотрел на меня оценивающим взглядом. — Послушай, я сразу перейду к делу, чтобы мы могли перейти к более интересным темам для разговора. Если твой клиент готов выдать кого-нибудь из других Семей, мы можем предложить заманчивую сделку о признании вины. Сокращение срока заключения в исправительной колонии среднего режима.

Без моего разрешения у меня вырвался легкий смех. Мысль о таком человеке, как Данте Сальваторе, столь уверенном в собственном величии и святости своего преступного братства, скорее обернулась бы против собственной матери, чем против другого капо.

Мне не нужно было это озвучивать, чтобы Деннис прочитал мой отказ.

— Ты обязана передать это своему клиенту, — напомнил он мне несколько оскорбительно. — Это может означать разницу между смертью за решеткой и выходом из тюрьмы до того, как он состарится.

— Это не первый раз, когда вы делаете это предложение, — сказала я. Хотя я не была уверена, я не сомневалась, что он говорил то же самое Яре до предъявления обвинения. — Вероятно, и не будет последним. Вам плевать на одного человека. Вам нужна вся операция.

Он очаровательно улыбнулся.

— А кто бы не захотел?

— На таких делах делают карьеру, — согласилась я, но в голосе было раздражение.

Это могло быть соревнование, мое желание победить кого-либо в суде, потому что я владела этой ареной. Но тоненький голосок подсказывал мне, что это могло быть и неуместным чувством преданности. Несмотря на то, что Данте был преступником, человеком, который заслуживал тюрьмы, я внезапно обнаружила, что не в состоянии желать ему провести в клетке всю оставшуюся жизнь, даже если бы не участвовала в этом деле.

Он был слишком… жизненно необходим. По той же причине, по которой я избегала посещения зоопарка, я хотела избежать взгляда Данте, запертого в стальной коробке.

— Или ломают, — закончил Деннис, и я знала, что он правильно прочитал мой тон.

Один из нас выиграет, а другой проиграет.

Деннису нужна победа, чтобы наполнить паруса своей политической кампании.

Мне нужна победа, чтобы я могла выбраться из-под тени моей семьи, ее достижений и ошибок и встать в центре как я самостоятельная личность.