Будь я рядом с ними в этот момент, обязательно бы зарядила в него чем-нибудь тяжелым. Поражаюсь его хладнокровности даже к родным людям.

— Раз ты зацепила моего брата, и он проглотил твое прошлое, что взять с моего мужа? — она отводит взгляд, будто не желая или боясь на меня сейчас посмотреть.

— Он принимает мое прошлое не потому, что я невероятная женщина, а потому, что нас многое связывает, — она хочет открыть рот, бросив взгляд на Ариану, и я, поняв, о чем она подумала, добавляю: — Нет, это не его дочь. Нас связывает не она.

Нас прерывает стук в дверь, я разрешаю стучавшему войти, и в комнате появляется Роланд. Увидев сестру, мужчина становится серьёзнее и бросает на неё недовольный взгляд, от чего она резко встает с места и, попрощавшись со мной, выходит из комнаты. Вероятно, между ними случился конфликт, но лезть в это не имею желания.

— Ты едешь? — спрашивает, продолжая стоять у порога.

— Уже? — поднимаю взгляд на настенные часы и, увидев, что они показывают девять часов, удивляюсь, как быстро пролетело сегодня время. — Да, конечно, я еду.

Захожу в его гардеробную, где уже успела развесить пару своих вещей, достаю оттуда джинсы с топом и начинаю переодеваться.

— Хочу попросить Лайлу, чтобы она посидела с Арианой, — говорю мужчине, который находится за стеной. — Она не занята?

— Нет. Будем спускаться, попросишь её.

Снимаю с себя шелковые домашние брюки, когда в гардеробную входит Роланд. Хотела бы я засмущаться, но лишь испытываю удовольствие от того, как он оценивающе пробегается по моим ногам.

— Зачем приходила Зара?

— Решила, что Ариана дочь Эльдара.

Молчит, обдумывая что-то. Подходит ближе.

— Окажись это правдой, я бы не оставил тебя в живых. Клянусь.

— Зачем ты сказал Заре, что будь у Эльдара выбор, он остался бы со мной? — решаю проигнорировать его угрозу, хотя испытываю приятный импульс от его ревности.

— То, что я говорил Заре, тебя не касается, — произносит вкрадчиво.

— Раз она пришла и процитировала тебя, значит, касается. Роланд, это жестоко.

— Это жизнь. Ей пора к ней приспосабливаться.

— Поэтому ты решил вывалить на неё всю правду о нас с ним?

— Какую правду? — смотрит, нахмурив брови.

— Про квартиру, отдых, кольцо и прочее. Чтобы там не было — это моё личное дело, и ты не имел право его раскрывать.

— Начнём с того, что я понятия не имею, про какой отдых и кольцо ты сейчас говоришь. Я высказал ей всё, что думаю об Эльдаре, но у меня нет никакого желания копаться в вашем с ним грязном белье.

Глупо было думать, что это он ей обо всём рассказал, но до этой секунды я думала именно так. Только сейчас понимаю, что он не мог знать про такие мелочи. А если бы и знал, не стал бы копаться в этом с Зарой. Очевидно, это был Дмитрий или кто-то из приближенных Эльдара, которые знали меня.

— Хорошо, — натягиваю топ и хочу выйти из гардеробной, но он загораживает мне путь, встав на пороге.

— Так что за кольцо?

— Ты ведь сказал, что не хочешь копаться в нашем с ним грязном белье, — стараюсь пройти мимо него, но он хватает меня за плечи и возвращает на место.

Молчит, зло смотрит в глаза. Вижу, что его раздирает любопытство, но гордость не позволяет спросить дважды. И я его вдруг понимаю. Понимаю эту сумасшедшую ревность. Сообщи мне сейчас кто-нибудь о серьёзных отношениях Роланда с какой-нибудь дамой, я бы сошла с ума. И перевернула всё вверх дном, если бы тема об этой женщине всплывала между нами из раза в раз.

— Это не имеет значение, Роланд, — добавляю вскоре. — Пустяк.

— Я уже успел это понять, Медея. Для тебя всё пустяки, не имеющие значения, — говорит с какой-то скрытой претензией.

— Мы уже говорим не об Эльдаре, так ведь?

— Говорим о тебе, — теперь уйти хочет он. — Идём, нам пора.

— Нет уж, — хватаю его за локоть. — Договаривай. Что ты хотел сказать своими словами?

— Это не имеет значение, Медея, — парирует моими же словами, — Пустяк.

— Ты разочарован тем, что Эльдар не имеет для меня никакого значения? — хмурю брови, искренне не понимая, с чем были связаны его слова.

— Я разочарован тем, что твои собственные чувства для тебя не имеют значения.

— Прости? — всё так же с недоумением смотрю на него.

— Прощаю, — свободной рукой отрывает мои пальцы от своей кожи, разворачивается и идёт к выходу.

Меня распирает от негодования и любопытства, поэтому я вновь догоняю его уже у двери и останавливаю.

— Что с тобой стало, Роланд? — ухмыляясь, смотрю ему в глаза. — С каких пор ты не договариваешь всё то, о чём думаешь?

— А ты считаешь, что я произношу вслух всё, что у меня в голове?