Вдыхаю аромат её тела, волос. Расцеловываю, нашептывая, как люблю.

— Я тоже! Как хорошо, что ты приехала.

Я ставлю ее на землю, встаю перед ней на колени и разглядываю ее лицо. Хочу убедиться, что с ней все в порядке.

— Тебя никто не обижал? — касаюсь её локон, щек, нежных рук. Передозировка эмоций — счастья.

— Нет, — отрицательно качает головой и вновь бросается ко мне в объятия. — Мамочка, я так скучала без тебя. Больше не уезжай так надолго, ладно?

— Ни за что!

Поднимаю ее на руки, встаю на ноги, посмотрев на Роланда, беззвучно благодарю. Он помогает нам сесть на заднее сидение, закрывает за нами дверь и сам садится за руль.

Прижимаю дочь к себе. Не верится, что все позади. Вспоминая состояние этих нескольких дней, мне кажется, я пережила десяток лет адских мучений.

И сейчас, я даже не имею представления, какой моя жизнь будет дальше. Как я буду работать, выходить из дома, находиться где-то, а не рядом с дочерью. Ведь теперь, страх потерять её в моем ДНК.

— Мы едем к бабуле? — обращается ко мне Ариана.

— Нет, сейчас мы поедем к дяде Роланду. Побудем у него пару дней, а потом полетим на самолёте к дедулям с бабулей. Хорошо?

— Хорошо.

Она переводит взгляд на Роланда и любопытно смотрит на него.

— Вы мамин друг?

— Друг, — поднимает на неё глаза через зеркало заднего вида.

— Я вас раньше никогда не видела. Почему вы не приходили к нам в гости?

— Потому что мы живём в разных странах, дочь, — обращаюсь к ней.

Она вопросительно смотрит на меня.

— Мы сейчас находимся в России, а живём где?

— В Люксембурге, — отвечает с важным видом, довольная, что знает ответ на мой вопрос.

— Умница.

— Мы приехали к вам в гости? — снова обращается к Роланду.

— Да, — отвечает, внимательно наблюдая за ней.

Она успокаивается, складывает руки на коленках и смотрит на меня удовлетворенно. Улыбается. И на душе, сквозь тучи, снова пробирается солнце. Рядом с ней я вновь чувствую прилив жизни, чувств и светлых мыслей.

Всю оставшуюся дорогу до дома мы едем в абсолютной тишине. Ариана уснула у меня на коленях, и я настолько боялась побеспокоить её сон, что порой забывала дышать.

Оказавшись во дворе, Роланд помогает мне выйти, аккуратно берет Ариану на руки, чтобы она не проснулась, и сам несет её в комнату, выделенную для меня. Когда он кладёт её на кровать и замирает над ней, мягким взглядом разглядывая лицо, кажется, что весь мир прекращает своё существование, отдав всю свою силу в этот миг. Мурашки пробегают по коже, а сердце колышется неимоверно громко, витая в воздухе где-то между ними двумя. Мужчина резко одёргивает себя и, не дав мне возможности ещё раз поблагодарить его, уходит, развеяв дурман в моей голове.

Час я лежала рядом с дочерью, в ожидании, когда она проснётся, чтобы наговориться и насладиться ею, но малышка спала самым крепким сном, свернувшись в клубок.

Поцеловав её в лоб, выхожу из комнаты, нахожу помощницу Терезу и прошу её присмотреть за Арианой буквально минут пятнадцать.

Как только Тереза скрывается за дверью нашей комнаты, я направляюсь к другой. Стучусь в дверь. Но не получаю ответа. Дёрнув ручку, понимаю, что открыто. Заглядываю вовнутрь. Никого нет, только свет горит из ванной.

— Роланд, можно? — спрашиваю, стоя на пороге.

— Входи.

Закрыв за собой дверь, подхожу к смежной комнате и вхожу в неё. Теряюсь, при виде Роланда. Мужчина лежит в наполненной ванне полностью одетый. Откинув голову назад, он лежит с закрытыми глазами.

— Что случилось? — интересуется.

— Хотела поблагодарить тебя, — на самом же деле, ещё больше мне хотелось знать, чего ему стоило вернуть Ари.

— Не нужно, — открывает глаза и поворачивает голову в мою сторону.

— Все в порядке?

Наверное, глупо было спрашивать это у человека, который лежит в воде, одетый в спортивный костюм.

— Да. Ты что-то хотела? Не ради же "спасибо" ты пришла сюда.

— Ты выкупил Ариану? — вслух слова звучат гаже, чем мысленно.

— Она с тобой, вы в безопасности — это все, что тебя должно беспокоить сейчас.

— Ты прав, но меня беспокоят и другие вещи. Я не хочу быть обязанной тебе.

— Если проблема в этом, то ты мне ничем не обязана. Надеюсь, и я тебе.