– Из-за этих шайтанов, погиб мой любимый белый дромедар!

– То есть, из-за смерти одного верблюда, ты решил отрубить головы четверым погонщикам?

– Ну, я же не живодёр какой-то! – возмутился Абдул, – я их даже не пытал! А двоих, благодаря тебе, так вообще отпустил.

– Ну, да, пришёл бы я на две минуты позже, то вряд ли они бы ушли на своих ногах.

– Ну, на всё воля Аллаха! Ладно, ты пади голоден, пошли, перекусим и бухнём винца.

– А давно ли мусульмане пить начали?

– Ну, ты же меня знаешь, я не ортодокс, и приверженец правого либертарианства. Я почитаю Аллаха, но, как говорится – лайтово. Я и свинину не прочь поесть, и выпить вина, или чего по крепче, да и намаз я не по пять раз в день делаю. Да, ты и сам такой же, хоть и стал неофитом ислама.

– Это тебе в Париже так мозги промыли, пока ты там в Сорбонне учился? – поинтересовался Фантом.

– Не без этого, конечно, – ответил Абдул и улыбнулся.

Брат эмира учился во Франции на управленца-международника и экономиста. И именно учился, а не стал покупать себе диплом ради галочки, чтобы повесить его на стену и хвастаться перед друзьями.

Слово перекусить было в данном случае не вполне уместно. Когда они зашли в помещение для перекуса, то это оказался зал, оформленный в римском стиле с бассейном и термами. Переодевшись в туники они, словно патриции, полулёжа, расположились на низких диванах, образующие букву Г. Между ними был постелен ковёр со всевозможными яствами. Обслуживали их полностью голые наложницы Абдула. Точнее из одежды у них были только украшения.

– Выбирай любую, и делай с ней что пожелаешь! – предложил Абдул Баки.

– Надо присмотреться, а то глаза разбегаются! Сам знаешь, чем больше выбор, тем труднее выбрать.

– Ты, брат прав на 100 процентов, я так верблюда неделю выбирал!

– Для скачек?

– Отчасти, да, отчасти для души и престижа.

– Точно по такому принципу и баб выбирают. Чтобы показать всем остальным, смотри мол, чем я обладаю!

– Ну, это в вашей культуре такое. У нас жена показывает своё лицо и красоту только своему мужу, и это я считаю правильно. На хрен мне нужна жена, на которую полмира дрочит? Это в вашей культуре популярны актрисы, на которых негде уже пробы ставить! Как можно их брать в жёны? Это, то же самое, что жениться на порно звезде, или на дешёвой портовой проститутке! Не нужно выставлять напоказ всю свою жизнь.

– Пожалую, ты прав, – согласился с ним Фантом, – но боюсь, что не во всём. Смысл жизни человека, как и любого другого вида, это выжить и оставить как можно больше своих копий, по-вашему, наследников. А для этого нужно одно из трёх базовых условий. Лидерство, или по-другому доминирование, которое достигается силой, военной властью. Еда – это в современном мире богатство, власть денег. Красотой – то есть славой, известностью, популярностью, узнаваемостью. Это было испокон веков, есть и будет.

– Время покажет, – глубокомысленно ответил Абдул.

Когда они покончили с холодной закуской в виде белужьей икры, устриц и омаров с креветками, им подали горячие. Фантому очень понравилась верблюжатина, запеченная на медленном огне в глиняном горшочке.

– Ничего нежнее и сочнее я раньше не ел! – похвалил он кухню Абдула.

– Попробуй Имам баялды! – порекомендовал саудит, – после этого ты навечно влюбишься в баклажаны!

– Ты, абсолютно прав! – подтвердил его слова Фантом, – лучше, даже греческой мусаки под соусом Бешамель, хотя мне напоминает грузинский аджапсандал.

– Так, а что ты хотел, те же ингредиенты, только немного по-разному приготовлены.

Просидев весь вечер в терме, Фантом так и не зашёл вовнутрь, так как был уже сыто пьян, и парилка была уже не уместна. Он выбрал себе на ночь иссиня-чёрную сенегалку и отправился с ней в свою комнату. Трахать её он уже тоже не мог, и просто заснул, прижавшись к её пышной груди.

Фантом вырос в детском доме, и его никто не любил. Он рос, как сорняк вопреки всем влияющим на него враждебным факторам. Он с детства не отличался физической силой, но никогда и, ни кому не позволял унижать себя. Вначале таких попыток было много, но он сразу лез в драку, не смотря, что его соперник был старше и сильнее. Он царапался, кусался, но гнул свою линию. Однажды до него докопался один верзила из соседнего отряда с намерением его опустить.

– Только тронь меня пальцем! – был ответ. И я ночью, когда ты заснёшь, насыплю тебе в ухо толчёного стекла, или воткну тебе в глаз ржавый гвоздь.

Угроза звучала так убедительно, что его мучитель поверил и прекратил свои домогательства.

Вскоре его все оставили в покое, ибо считали ненормальным, с которым связываться себе дороже. Он видел, как старшие унижают младших, или слабохарактерных типов, но он никогда за них не заступался, чтобы не прослыть слабаком, хотя искренне им сочувствовал. Его бесила эта власть, над теми, кто не может дать тебе ответа! Особенно издевательства над животными, которые не понимают вообще, что твориться вокруг. В конце концов, он сбежал из интерната и примкнул к одной радикальной исламистской ячейке по вербовке боевиков на восток. Так он стал воином Аллаха, и примкнул к талибам 1 , которые тогда воевали против СССР. В одной из Афганских мечетей ему сделали обрезание, и Митя Петров, получил новое имя – Мамед. Ему нравились правила шариата, он не видел в них ничего плохого. Если ты выполняешь все правила и соблюдаешь закон и традиции племён, то ты находишься в полной безопасности. А что там отрубают головы всяким педерастам и отрезают руки ворам, то он был с этим полностью согласен. Он был тоже за бесправие женщин. Даже на Руси говорили, что «женская дорога от печи до порога!» Это природа. У каждого вида или члена вида должны быть свои особенности и обязанности. Самка – это инкубатор для потомства, и не надо ей, тупой суке, лезть в управление государством!