Его светское обращение уже не казалось мне чем-то необычным. Похоже, что в этом месте было собрано вместе все самое несовместимое.

— Я ещё ничего не знаю о вашем городе, — ответила я, решив, что пока нет причины игнорировать непрошенного собеседника.

— Это не беда, через несколько часов вы уже будете в курсе, — бодро заявил тот, — и я уверен, что вы никуда не захотите уезжать из этого чудного места.

— А если все-таки захочу?

— Я убеждён, что вы останетесь, и я никогда ни о чём не пожалеете, — мужчина широко улыбался, чтобы усилить впечатление от своих слов. Несмотря на это, улыбка его мне не понравилась: его ярко-голубые глаза оставались равнодушными и словно жили сами по себе.

— А уж это я решу сама, — я тоже постаралась изобразить счастливую улыбку и в течение пяти секунд наблюдала как улыбка собеседника медленно сползает с его лица. Больше он ничего не ответил, а откинулся на спинку скамьи и стал наблюдать за снующими туда-сюда людьми. По мере того, как он рассматривал их, изменилось и его лицо. Несколько обескураженное выражение постепенно сменилось умилением, а затем уверенным торжеством.

— Я предсказываю ваше решение на все сто процентов, — чётко произнёс он, и чувствовалось, что мои возражения будут снова восприняты им, как оскорбление.

Возраст его трудно было определить, где-то около тридцати лет. Черные длинные волосы, аккуратная короткая бородка и усы, бледная гладкая кожа… Похоже, довольно стандартная для райского места внешность. Все обитатели выглядят одинаково, и все одинаково счастливы.

Одна пара, направляющаяся в Рай, привлекла моё внимание: женщина, одетая в прозрачный сиреневый балахон и раскрашенная, как для маскарада, и мужчина в строгом костюме. Но в первую очередь меня заинтересовал мужчина, — я сразу поняла, что знаю его. Его фигура, походка и манера держать голову были настолько знакомы, что казалось, я видела его не далее, чем день-два назад. Они приближались, не обращая на нас, сидящих на скамье, никакого внимания, причём, если женщина была весела, то мужчина шёл, опустив голову и молчал. Когда они подошли достаточно близко, женщина вдруг оглянулась на нас и приветливо помахала рукой:

— Валера, ты не забыл о сегодняшнем вечере?

— Ни в коем случае! — мой собеседник также махнул ей.

Спутник женщины по инерции прошёл несколько шагов, потом вскинул голову и повернулся посмотреть на говорившего. И я поняла, почему так наверняка узнала его. Ведь целую неделю я добросовестно ходила за ним след в след и дышала ему в затылок. По аллее, хмурый и поникший, шёл… Роман Зубарский. Женщина подхватила его под руку и повела дальше, к дверям Рая.

— Вы не знакомы? — Уточнил мой странный сосед, видимо заметив мою реакцию на проходившую пару.

— С кем? — машинально спросила я, ещё не до конца осознав, что же произошло.

— С Мариной.

Не желая ни врать ему, ни говорить правду, я произнесла первое, что пришло мне на ум:

— Я и с вами ещё не знакома, а вы уже допрашиваете меня и делаете выводы о моих намерениях.

— Позвольте отрекомендоваться: Валерий Извеков, — отозвался мужчина.

— Екатерина Орешина.

Забавное сходство двух моих новых знакомых получило банальное объяснение, и начавшее было панически колотиться сердце немного сбавило обороты. Я по-прежнему провожала взглядом чету Зубарских, понимая, что не было смысла ломать голову над тем, что же такое я увидела. Они вошли в огромные стеклянные двери и исчезли.

— У тебя хорошее имя, но плохая фамилия, — неожиданно заявил Валерий.

— Это почему же?

— Эта фамилия человека, по вине которого все мы подвергались опасности. Впрочем, туманные намёки тут ни к чему. Я предпочитаю дать тебе понять сразу же, что лучше сразу раскрыть карты и отказаться от всех намерений на наш счёт…

— Вам не может быть известно о моих намерениях, — отрезала я, демонстративно показывая своё нежелание переходить на «ты».

— Мне известно все. По крайней мере все, что мне нужно. Но при всем при этом, я вовсе не хочу для тебя неприятностей. Наоборот, нам следует получше узнать друг друга, потому что когда все прояснится, ты совершенно забудешь о горестях, связанных для тебя с этим местом…

Валерий Извеков говорил мягко и доверительно, точно так же, как и его брат, когда угощал меня в ресторане. Но если в манерах Александра тон разговора был выразительнее, чем содержание его слов, то этот человек производил своими словами обратный эффект. И, как мне казалось, Александр хотел лишь предостеречь, в то время как Валерий собирался припугнуть. Оба Извекова говорили слишком много, но то ли невольно, то ли намеренно не вкладывали в свои слова никаких конкретных разъяснений, только многословные намёки. Похоже было, что они старались заинтриговать меня, но в этом вовсе не было нужды.

— Та-ак, поговорить мы явно не успели, — проворчал вдруг Валерий, глядя в сторону. Я проследила за его взглядом. Почти бегом, лавируя между двигавшимися по аллее людьми, к нам спешил Александр. Когда он приблизился, Валерий нехотя встал и решительным жестом заставил Александра остановиться от нас метрах в двух:

— Молчи и слушай, — властно начал он. — Я лучше понимаю ситуацию и не хочу, чтобы из-за твоих непонятных и никому не нужных эмоций все погибло. Поэтому не надейся, что я позволю тебе сделать что-нибудь против моей воли. Сегодня вечером я жду вас обоих у себя. И не вздумай пытаться обдурить меня.