Джейдер прополз вперед до края шахты и свесился вниз. Вытянув страховочный трос из пояса скафандра, он замкнул карабин на одной из опорных балок, удерживающих ствол коммуникаций. Теперь все было готово. Получив сигнал, лебедка начала осторожно разматываться, скрывая человека в мрачном пространстве глубокой шахты. Неровные стены грубо скребли по комбинированной поверхности скафандра, грозя остановить и без того неуверенный спуск. Поросшая на коммуникациях плесень впилась в кирасу, оставляя на ней сухие, маслянистые разводы. Все более глубокое погружение в бездну шахты казалось Джейдеру символичным. Чем глубже он спускался, тем более опасным и сложным становилось его положение. Шансы вернуть комплекс в рабочее состояние казались все более призрачными. Роботы, вопреки приказам человека, стремились и его убить, нежели начать работать. Однако, словно взамен бесконечно нарастающих проблем, он получал драгоценную информацию, которая позволяла понять, насколько изначально он ошибался. Теперь он был готов все исправить. В его голове уже проявлялась картина, перечеркивающая все, о чем он думал прежде. И эта картина была куда более мрачная и пугающая. Приняв всю ответственность за свои суждения, Джейдер наконец произнес:

— Запись в журнал. 161-й час каллистианских суток. То, что я сейчас произнесу, возможно, не поддается логическому объяснению. Однако я с полной уверенностью и ответственностью заявляю, что на данный момент нахожусь в ясном уме и трезвой памяти. Никаких сбоев и нарушений моей мозговой активности скафандр не регистрирует. С полной уверенностью могу констатировать, что тектоническая активность не является прямой причиной нарушения работы комплекса. Либо она никак не связана с происходящим, либо, храни нас космос, она является лишь следствием протекающих здесь процессов. И думаю, я понял, кто уничтожил всех роботов, найденных мною на просторах второго уровня. Но для того, чтобы объяснить все это, мне нужно быть последовательным.

В этот момент первый трос натянулся, обозначив предельные для него 15 метров. Джейдер вытянул второй трос и закрепил карабин на несущей балке.

Возобновив затрудненный спуск, он продолжил:

— Мне удалось найти пару функционирующих роботов на третьем уровне. Но поводов для радости здесь на самом деле немного, ведь первое, что они попытались сделать, как только зарегистрировали мое присутствие, — это поджарить меня. Да, черт возьми, в это сложно поверить, подобное поведение противоречит классическим законам робототехники и в целом невозможно. Но ожог на моей спине от теплового излучателя говорит об обратном. И похоже, я догадываюсь о причине столь странного поведения техники, которое наблюдается по всему добывающему комплексу. Это жизнь.

Джейдер сделал паузу, словно оценивая справедливость своих слов.

Высказываемое заявление было более чем серьезным. В этот же момент второй трос обозначил следующие 15 метров. Перещелкнув карабин, Джейдер продолжил:

— Шахта подверглась биологическому заражению. Это плесень, которую я изначально принял за обычную пыль. Я думал о чем угодно, но только не об этом. Чертова плесень. Чем глубже я спускаюсь, тем больше ее становится. Здесь, на глубинных уровнях, она повсюду и растет большими колониями практически на всем, что я вижу. Понятия не имею, откуда она. Я не могу определить, какой именно эффект она оказывает на технику, но судя по тому, что я видел, ее влияние разрушительно. Возможно, из-за этого заражения системы дали сбой, запустив цепную реакцию, остановившую работу всего добывающего комплекса.

Следующие 15 метров ударили по тросу, слегка подкинув тело Джейдера вверх, повинуясь силам инерции.

— Происхождение этой плесени для меня неизвестно. Существовала она здесь до нас, или мы сами допустили заражение, я не знаю. Ничего подобного я никогда не видел. Известная нам жизнь не способна развиваться при таких низких температурах. Известная нам… — мрачно повторил Джейдер и замолчал.

Что, если наблюдаемая им жизнь, имела внеземное происхождение? Доподлинно было известно, что недра Ганимеда скрывали под толщей льдов глубинный океан, подогреваемый горячим ядром. Какие тайны могли скрываться в многокилометровой толще воды, было известно одному лишь космосу. Джейдер не решался внести свои подозрения в отчет. Если это действительно так, то он стал первым свидетелем контакта с внеземной жизнью, и этот контакт явно не заладился. Выдержав недолгую паузу, он продолжил:

— То, что здесь происходит, не поддается никакой логике. Никакой случайный сбой не мог превратить мирных добывающих роботов в боевые машины. Полная чушь. Возможно, произошло то, чего боялись на Земле, и коллективный разум машин фон Неймана пришел к выводу, что лучшее решение — разрушить все вокруг и напасть на человека? Это немыслимо! Но факт остается фактом: все роботы на этой проклятой шахте перебили друг друга. И если мое предположение верно, чертова плесень сыграла в этом не последнюю роль. Похоже, она влияет на поведение роботов. Кто знает, на что она способна…

Мысли о том, что роботы растопили эту дрянь в вечных льдах, что эта плесень каким-то образом проникла в сознание машин, контролирует их и проявляет агрессию, заставила Джейдера усомниться в собственной нормальности. Впрочем, все, что происходило с ним, давно уже вышло за любые рамки нормальности, и самая фантастическая версия могла оказаться правдой.

Внезапно ноги Джейдера ударились о какое-то препятствие. Тесный ствол шахты не позволял взглянуть вниз. К тому же все элементы освещения скафандра упирались в густую поросль плесени, рассеивая вокруг тусклые остатки света.

— Четвертый уровень, — еле слышно проронил Джейдер, в глубине души надеясь, что это действительно так.

Металлическая поверхность стенки лежала в полумраке и никак не выдавала присутствие люка, через который можно было выбраться из заточения. В тесных стенах коммуникационной шахты не было возможности даже полноценно пошевелиться. Рассеянный свет угасал в уродливых сплетениях плесени, зажавшей человека в свои омерзительные тиски. Полумрак коварно скрывал детали на захваченной органикой стене. Застрять здесь сулило гарантированную гибель.