— Маша, это возможно. Но с тобой… Понимаешь, ты сюда попала, как бы сказать, по обмену. Не ты сама переместилась, а только твоя душа. Поэтому просто вернуть тебя с этим телом в твой мир нельзя. Ко всему прочему, мы ничего не знаем о той, в чьем ты теле. Но ничего, со временем, надеюсь, узнаем.

— Как?

— Просто. Тебе нужно вспомнить.

— Вспомнить? Вспомнить то, в чем я не участвовала?

— Милая, память у нас многоуровневая, с хранилищами. При тебе, при этом теле осталось хранилище памяти той, чье место ты заняла. Наладь контакт, и все знания, умения, память этого тела будут твоими.

— Не может быть!

— Опять не веришь? Как, по-твоему, мы вышли к этому озеру? Откуда я знала тропки, по которым мы шли?

— Я думала, Вы здесь были раньше.

— Нет, дорогая, я в этом месте не была. Я просто пользуюсь памятью своей сестры.

— Но тогда Вы знаете и об инквизиторе. Что случилось?

— Да, какие-то отрывки вытащила. Но в том-то и беда, просмотреть сразу все невозможно. Я вытаскиваю ответы на свои вопросы кусками. Нужно время, чтобы понять, принять все. Так что пока даже не представляю, из-за чего сыр-бор начался.

Сурия вздохнула.

— И тебе нужно начинать «знакомство» с твоим телом. Ставь себе вопросы. Для начала самые простые. Не лезь в дебри. Если сильно нажмешь, может пойти отторжение, и вообще каналы перекроются. Так что поаккуратнее. А лучше, вообще жди, когда само проявится.

— У меня все, что Вы говорите, плохо укладывается в голове. Хочется закрыть глаза и проснуться у себя дома, в своей кровати.

— Я бы тоже не отказалась просто взять и вернуться к себе. Увы… Ладно. Давай подберу тебе что-нибудь из одежды Силии, и пойдем к озеру искупаемся.

— Да, надо себя более-менее привести в порядок.

Потом я долго сидела на берегу озера и всматривалась во вторую луну. Все-таки это была луна, я и название ее вспомнила — Итти. Она практически на одном месте находилась и днем, и ночью, отсвечивая легким фиолетом. А первая луна (вспомнила! Рату!) медленно, но верно двигалась по небосклону, напоминая луну моего мира.

Незнакомые созвездия смотрелись как в зеркало в водную гладь озера. Лягушки и цикады вели свои песни. А я сидела на берегу и просто смотрела, вбирала в себя этот мир. Мы знакомились. Я с этим миром, а мир со мной.

А ночью я металась во снах. Я видела себя заключенной в огромный стеклянный шар, пыталась вырваться и не могла. Я пробовала кричать, пробовала разбить стенки шара и с ужасом просыпалась.

— Да, что ж это такое, — ворчала Сурия, — да с тобой не только не выспишься, с тобой нервную болезнь заработаешь. Ну-ка, выпей отвар.

Сурия протянула кружку, и я, уже ничего не соображая, выпила. Во рту проступила горечь от трав выпитого, или это горечь от снов?

— Все, все, дорогая. Теперь только хорошие сны придут. Успокойся. Спи!

И я опять провалилась в сон.

На сей раз я увидела цветущий сад. Ветерок подхватывал и кружил белые лепестки, и они кружили вокруг меня, напоминая метель. А я летала на качелях и от восторга повизгивала.

— Мама, папа, смотрите, как я умею!

— Малышка, держись крепче, не упади! — Ко мне выбежала молодая женщина, и я понимала, что это моя мама.

— Я — птица! И я умею летать!

Я смеялась, а вслед за мной смеялась и она.

И было в этой картинке столько искрящегося счастья, что меня распирало от него. А еще… Еще хотелось отпустить руки и полететь. И я была уверена, что вот-вот, нужно только оторвать руки, протянуть к небу, и я полечу.

— Нет! — услышала я испуганный крик и проснулась.

Сурия уже возилась у костра.

— Проснулась? — бросила на меня взгляд. — Беги к озеру, умывайся. Завтрак готов.

Она вздохнула.

— Нельзя нам рассиживаться здесь. Надо двигаться дальше.

— И куда мы пойдем?

— В столицу. Наглость — второе счастье. И под боком у себя наш инквизитор Ратмир, надеюсь, не станет сестрицу искать.

— Но Вы же не она. Может быть, можно как-то это доказать?

— Можно. Но, видишь ли, я-то тоже не просто так сбежала в другой мир, мне попадаться ему на глаза также никак нельзя.

— А когда зарядится шар? — Все мои мысли были о возвращении домой.

— Пользоваться понемногу им уже можно. Но вот силы накопить на переход… Боюсь, это не день-два, даже не месяц займет.