Англичане подошли, отсалютовали и это всё под мрачными взорами буров.

Сзади, мягко ступая подошёл и стал рядом с Григорием генерал Деларей. Теперь все были в сборе и можно было приступать.

«Приступать к курощению» — подумал Григорий и недобро усмехнулся. Английский генерал увидел это, но как истинный джентльмен сохранял всё время свой покерфейс.

— Мы настаиваем на конфиденциальных переговорах с полковником Руматой. Предварительных. — заявил генерал, только зайдя в помещение.

Григорий повернулся в сторону Деларея. Тот усмехнулся.

— Мне нечего скрывать от генерала Деларея. — припечатал Григорий.

Англичанин поджал губы и ничего не сказал. Лишь кивнул. И в этом кивке было всё — и презрение, и надменность, и раздражение.

Больше ничего не говоря он прошёл к столу, куда его направили и уселся за него.

— Я так думаю, что прежде чем мы приступим к обсуждению процедуры вашей сдачи и депортации, будет лучше выяснить что там мне предназначено такого «конфиденциального» — расслабленно заявил Румата. — Вы готовы сообщить мне это?

— Да. Я уполномочен задать вам, генерал, несколько вопросов. — покосившись на Деларея рубанул англичанин.

— Угу. Дайте угадаю: вам его поручил некто кто связан с главой разведки Великобритании Келлом?

— Это не важно.

— Ну… Не важно, так не важно! — неожиданно для англичанина согласился Румата. — Хотя и так ясно кто.

Делегация англичан, переглянулась.

— Хорошо. Вопрос первый личный. Вы устроили эту авантюру, — генерал подчеркнул тоном слово «авантюру», — в отместку за поступок сэра Джеймса?

— Нет. Если бы я хотел отомстить сэру Джеймсу, то он был бы уже с предками. А о мотивах моей, как вы выразились «авантюры»… чтобы закрыть этот вопрос, отвечаю: крайняя нужда буров в оказании им помощи и их личная просьба подкреплённая контрактом.

— То есть, сэр, вы выполняли контракт?

— Выполнил контракт. — поправил его Румата.

Англичанин удовлетворённо кивнул.

— Второй вопрос?

— Э-э… До нас дошли слухи, насчёт внезапно пропавшего сэра Лорда Китченера. Якобы он находится у вас в плену.

— Не у меня. А у буров.

— Сэр Румата! Вы полномочны обсуждать его судьбу?

— До некоторых пределов, сэр Оливер.

— В таком случае, не могли бы вы уточнить в каком статусе Лорд Китченер находится в… плену? А то ходят очень противоречивые слухи.

— Предваряя ваш вопрос, отвечаю: Лорд Китченер не подлежит выдаче.

— Как?!!! Но ведь… — захлебнулся словами англичанин. Но Румата остановил его, рвущийся спич жестом руки и довольно категорично заявил:

— Лорд Китченер не является военнопленным. Он является преступником, организовавшим массовое уничтожение детей с особой жестокостью. Погибли тысячи детей! В страшных мучениях! Он должен понести наказание.

— Каким таким преступником?!! Сэр Румата! Шла война! Он воевал!

— Он воевал? — удивился Румата, но тут же поправился. — Да сэр, он воевал. Против мирного населения. И поэтому его деяния не подлежат квалификации даже как военные преступления. Его преступления — преступления против человечности. А это более серьёзные вещи.

— Но это абсурд! Это противоречит всем конвенциям!

— Если бы он воевал только с военными, то и не было бы вопросов. Но он воевал целенаправленно с мирным населением. Поэтому его деяния не подпадают под действие конвенции. — Румата особо подчеркнул слова «не подпадают».

— Что вы намерены сделать?

— Суд. Международный суд над военными преступниками. Лорд Китченер будет выступать на нём как обвиняемый в совершении массовых убийств мирного населения. То есть как уголовный преступник, совершивший убийство множества ни в чём не повинных людей. Гражданских людей!

— Чего вы, сэр Румата, этим добиваетесь?

— Я завершил свой контракт. Так что говорить о том, что я чего-то добиваюсь, неуместно. Здесь и сейчас я выступаю как посредник, уполномоченный передать конкретные требования английской стороне. И говорю от имени Южно-Африканской республики. Что-либо изменить, я не в праве. Но передать мнение республики, её конкретные требования — обязан.

Румата обернулся к Деларею. Тот степенно кивнул подтверждая слова.

— То есть это намерение… Буров?

— РЕСПУБЛИКИ буров, — подчеркнул Румата. — Республики, которая отныне несёт название Южно-Африканской.

— Вы… — генерал чуть споткнулся на этих словах, но быстро поправился и продолжил. — Вы понимаете, что невыдача Лорда Китченера наносит смертельное оскорбление Великобритании и лично Их Величеству…

— Насколько я знаю историю войн Великобритании и бурских республик, вы регулярно наносите «смертельные оскорбления» бурам. Так что победив ваши войска, устраивая международный суд над преступником Китченером, а также непосредственными исполнителями его преступных приказов по геноциду мирного населения, они лишь возвращают вам маленькую толику того, что нанесли им вы.