Жаль только, сама Кристин не могла сейчас уделять своим исследованиям и сыну достаточно внимания. Военный конфликт на Ванкувере разрастался, и находящаяся в глубоком тылу Сербелиана превратилась в оборонное предприятие и планету-госпиталь. Кристин, конечно, не могла остаться в стороне, тем более что и ее свекор Семен Александрович переоборудовал свой старенький грузовик «Гризли» в санитарный корабль.

Первый боевой вылет Синеглаз и Алехандро совершили под его присмотром и не только уцелели, намертво прицепившись к борту «Гризли» и хвосту ведущих истребителей звена, но и сумели подбить двух противников из эскадрильи, атаковавшей их конвой.

— Как ощущения? — спросил по прибытии к месту назначения Семен Александрович.

— Думал, будет сложнее, — пожал плечами Алехандро.

— Вам в этот раз просто повезло, — нахмурился его отец и, конечно, оказался прав.

Уже в следующем бою им пришлось вспомнить все, чему их учили, когда возникшие неожиданно змееносцы пытались рассеять боевой порядок и добраться до «Гризли», на борту которого находились раненые. Синеглаз, конечно, знал, что под броней атакующих могли оказаться его соученики из Высшей школы и даже товарищи по ночным похождениям. Но боеприпас прицельно расстреливал безо всякого сожаления. Он потому и не сближался ни с кем, поскольку знал, что с этими ребятами придется еще встречаться не в учебном бою. Другое дело, что Семена Александровича, Алехандро и Кристин он привык считать своей семьей.

Первые полгода его донесения, в которых дезинформация, полученная от командования Содружества, умело разбавлялась правдой, руководство «Кобры» устраивали. Княжич ловко водил Альянс за нос, сливая устаревшие данные и рекомендуя для вербовки бойцов сопротивления и разведчиков-нелегалов. Взломать и вычислить его не могли. Все-таки даже без Пабло Гарсиа операторы Содружества реагировали быстрее и владели более совершенным программным обеспечением. К тому же наиболее ценную информацию он передавал по ментальной связи через Кристин, тщательно закрываясь от отца.

Он только упустил из виду, что князь Ниак лучше других знал своего старшего сына. Или княжич не сумел достаточно надежно защитить сознание, когда в очередной раз оборачивался роу-су? И почему он, получив от отца ментальный зов с требованием срочно вернуться на Васуки, не заподозрил неладное? Но ведь во дворце Владык фактической заложницей оставалась его мать.

— Мальчишка! Щенок! Ублюдок! Недоносок! Собственных потрохов на обед захотел? Так я это могу устроить. И не погляжу, что ты мой сын!

Запас ругательств у князя Ниака казался неиссякаемым. А в попытке увернуться от ударов тяжелого резного скипетра Синеглаз едва не устроил во дворце пожар, опрокинув наполненный горящим маслом светильник на ажурном треножнике. Хорошо, что расторопные слуги, привыкшие к вспышкам гнева своего властелина, быстро все потушили.

— Неужели ты вообразил, будто умнее меня, будто я за тобой не слежу и не понимаю, что ты спишь и видишь, как отдать Васуки на откуп этим твоим вестникам? — опрокинув сына на скользкий от паленого масла каменный пол и приставив к его горлу скипетр, прорычал князь Ниак.

В другой ситуации Синеглаз ни за что не оставил бы это обвинение без ответа. Тем более что произнесено оно было, словно в насмешку, подле искусно сплетенного из разноцветных стеблей травы ковра, изображавшего события у реки Фиолетовой. Но сейчас он решил промолчать и, не без труда повернув голову, сделал вид, что в просвет между тяжелыми колоннами разглядывает дворцовый сад. Пускай зовут палачей. Он сумеет проявить приличествующее воину мужество.

Но ему даже этого не позволили. Из-за злополучного ковра выступил знакомый агент в штатском.

— Вы нас разочаровали, княжич Нила Аки, — с сожалением проговорил он, отводя от горла Синеглаза скипетр и помогая ему подняться. — А ведь мы не только дали вам возможность получить прекрасное образование, но и закрыли глаза на вашу дружбу с семейством Гарсиа. Хотя нам с самого начала было известно, что Кристин Гарсиа-Левенталь является правнучкой опасного мятежника Арвинда Вармы, и ее проживание на территории Содружества несет в себе угрозу для безопасности Альянса. И это если не говорить о ее муже и отце, которых сейчас считают пропавшими без вести. Впрочем, мы готовы и дальше позволять вам совершать боевые вылеты на истребителях Содружества и делать вид, будто последняя представительница династии и ее сын нас не интересуют, — продолжил он с улыбкой, больше похожей на оскал кавука. — Но для этого Вы, княжич Нила Аки, должны оказать нам одну мизерную услугу, завербовав некоего офицера из штаба Звездного Флота. Мы вам расскажем его биографию и послужной список, чтобы вы смогли подобрать рычаги воздействия, а информация, которую мы бы хотели от него получить — уже не ваша забота.

Хотя агент в штатском, который сейчас, чтобы не привлекать внимание, оделся зажиточным купцом или царедворцем, говорил тихо и очень вежливо, в его голосе звучала сталь, и Синеглаз невольно пожалел, что не остался лежать на полу. У него пересохло горло и предательски подкашивались ноги. Еще со времен путешествия в треугольник он умел держать удар, но оказался совершенно не готов к шантажу. Вероятно, если бы он в этот момент послал зов Кристин, они бы с Семеном Александровичем что-нибудь придумали и сумели бы спрятать ее от «Кобры».