— Кто тебя сопровождал? — Он старался скрыть язвительность в своем голосе.

— Б… Брандер Харлан, мой лорд.

— Матерь божья! — Карн глубоко вздохнул. Пограничный патруль видел ее не только в одежде дьякона, но в сопровождении Брандера. Даже ребенок мог догадаться, где она была и чем там занималась.

Краем глаза Карн заметил, как Рэд закусил губы.

— Я оставлю вас, милорд, — сказал Рэд. Он стал спускаться по ступенькам. Он отпустил охрану и сам пересек плац.

Карн обернулся к женщине, которая из-за своих слабостей привела его к краху.

— Мадам, где ваши мозги? Вы привели Дом к позору из-за своей похоти и глупости.

Шарлотта бросилась к нему, рыдая, хлюпая носом, стараясь теснее прижаться к нему. Грубая шерстяная роба была влажная и пахла козой.

— Ох, Карн, как все ужасно. Он далеко не такой хороший любовник, как ты, поэтому я решила вернуться домой, а этот ужасный Брандер вез меня всю дорогу верхом на лошади, даже во время дождя, всю ночь мы провели без тента, а за километр от нашего сада он ссадил меня с лошади, и остаток пути я…

Карн взял ее за плечи и оторвал от себя. Он приподнял ее голову, чтобы она могла посмотреть ему в глаза.

— Брандер, побег, лес, дорога пешком. О чем ты говоришь? Где ты была?

Она заморгала своими темными ресницами, блестящими от слез.

— Конечно, в Бревене. Ричард — они так много обещали мне…

— Ричард! — Карн никогда не был так разъярен. Он готов был задушить ее на месте и знал, что закон будет на его стороне. Не соображая, он схватил ее, будто собирался убить. — Ты была весь этот месяц с Ричардом? Злейшим врагом Халареков? Ты…

— Ричард посылал тебе сообщение о том, что я убежала к нему. Или, по крайней мере, говорил, что послал.

— Еще бы! — Карн схватил ее за плечи и затряс. — Целых два сообщения ради тебя…

Он заметил ужас в ее глазах и перестал трясти.

— Может быть, аббат перехватил письмо, — прошептала она. — Я не хотела тебя волновать. Я хотела…

— Не делай из меня дурака, Шарлотта. Ты хотела вернуться с победой. Вот, что ты хотела. Это гораздо лучше, чем брать в постель пилюли, не правда ли? Ты совсем вернулась, не так ли? Это последний раз, когда ты покидаешь это поместье. Насовсем, навсегда. Ты поняла меня? — Он произнес свой вопрос, трясясь от бешенства.

Шарлотта кивнула, слезы потекли по ее лицу.

— Ты обижаешь меня!

— Я собираюсь тебя наказать. О боги! Ты можешь разрушить этот Дом и Дом Рица своим беспутством. Думала ли ты о последствиях, когда отправилась с Брандером?

Шарлотта откинула голову и свирепо посмотрела на него.

— Ты же знаешь, что ты не можешь удовлетворить меня, как я хочу. Что же я должна делать, лежать и мучиться?

— Страдание? Ты называешь это мучением? — Карн сжал ее так, что она захныкала. — Ричард тебя удовлетворил? Ты скажешь мне правду? Мог Ричард?..

Она уже не боролась и не горела.

— Нет, — прошептала она. — Он не мог. Ты как любовник лучше. Ласковый, заботливый…

Карн отпустил свои руки и отступил.

— Надеюсь, ты не сказала этого Ричарду.

Шарлотта стала заикаться.

— Конечно. Почему и нет? Это же правда.

На секунду Карн замер. Она привела Ричарда Харлана в более сильный шок, чем могла подумать. Она привела его в шоковое состояние быстрее, чем разрушение Домов до основания во искупление грехов. А она говорила, ни на секунду не задумываясь. От этой гнусности Карн еще долго молчал, прежде чем его мозги снова стали что-либо соображать. От шока Халарека, казалось, она тоже ушла в себя. Ричарду повезло с Шарлоттой больше, чем с Кит.

Это ни для кого не будет тайной. Даже если пограничный патруль сохранит абсолютное молчание о том, что они видели, все равно это не будет тайной. Дом Харлана раструбит везде о связи Шарлотты и Харлана для того, чтобы в основном навредить Дому Халарека. Будто даже оттого, что она собиралась к главному сопернику Халарека из-за того, что Карн недостаточно хороший любовник для нее, недостаточно вреда. Будто недостаточно вреда от того, что благородная леди добровольно согрешила в мужском Доме Уединения. Меньше было бы вреда, если бы она тщательно продумала свою затею, чем следовала своей прихоти.

Карн грубо взял Шарлотту за руку и толкнул ее на ступеньки. Шарлотту ожидало только унижение. Он становился все злее с каждым шагом по направлению к запасному входу. Шарлотта хныкала, что раздражало его еще больше. Она публично подвергла сомнению его потенцию своими тайными средствами предохранения. Теперь она сделала то же самое с его сексуальным поведением. Ричард теперь тоже под вопросом, но проблемы Ричарда не представляют опасности для Халарека. Мужчина должен быть мужчиной или потерять свой политический и военный авторитет.