— Рада знакомству, лиир орт Ристрай. Как дела у Лиарина?

— Спасибо, хорошо. Но вы не ответили: вы не заблудились?

— Нет, все в порядке, спасибо. Я ищу лиира ди Вирдена. Его, вроде бы, поселили на этом этаже?

— Да. Я видел его вчера с лииррой Велиарили. Вас проводить?

— О, нет, спасибо!

— В таком случае, желаю вам солнечного дня!

— И вам.

Подошла к комнате ди Вирдена. Вот же кот мартовский, успел захомутать сестричку Вериселя! Черт, она же совсем юная!

Прислушалась к эмоциям тех, кто был в тот момент за дверью. Возбуждения уже не почувствовала. Постучала.

Открыл мне ди Вирден. Одет он был… в одно полотенце, обёрнутое вокруг бедер.

— Можно войти?

— Сиятельная! Конечно же, заходи! Я всегда рад прекрасным женщинам! — громко поприветствовал он меня.

В гостиной мы были одни. Я подошла к Имри вплотную и ткнула ему в грудь пальцем. На кончике загорелся маленький огненный шарик.

— Скажи, что ты не использовал на ней пыльцу вирсении!

— Эллари! Как ты могла такое про меня подумать? Ты ревнуешь? — патетично воскликнул он.

— Не паясничай. Просто ответь на вопрос: это было добровольно?

Имри широко улыбнулся.

— Ты можешь во многом меня подозревать, моя красавица, и многое… даже будет верным… Но тут я не виновен. Я никогда не брал женщину против её воли.

— Да, и твои разговоры о том, что причинение удовольствия — это не вред, мне приснились, наверное? Она хоть совершеннолетняя?

Я уже начала злиться. Что-то часто со мной такое в последнее время. Последствия пыльцы?

— Мне через два месяца исполнится пятьдесят один год. И мы с Имрариалиером влюблены друг в друга и скоро соединимся в обряде! Правда, дорогой?

Велиарили, одетая лишь в тонкий полупрозрачный халатик, подошла к нам и взяла ди Вирдена за руку. Лицо у того вытянулось.

— Конечно, дорогая! — выдавил он.

Молодец, девчонка! Ну, чистый ангелочек! А как ресничками ветер поднимает! Поаплодировать, что ли?

— Так может, не стоит откладывать этот вопрос? И стоит обсудить сейчас с лииром Вериселем вашу помолвку? — очаровательно улыбнулась я.

Убирала от Имри палец и отошла в сторону, чтобы полюбоваться на парочку. Какая прелесть! Ди Вирдена словно гирей по голове стукнули. Такой небольшой и изящной гирей.

— Сейчас, я думаю, не стоит беспокоить брата. Да и родители наши в Гариэд-эле. Но вот на празднике осеннего равноденствия… Лиирра Эллари, вы же благословите наш союз? — и она погладила тоненькими пальчиками руку ди Вирдена.

— С удовольствием, — я радостно улыбнулась. — Такое замечательное событие — глава дома ди Вирден, наконец, представит миру свою избранницу!

Смотрелись они очень контрастно — высокий, массивный, смуглый Имри и маленькая, тоненькая, с белыми кудряшками Велиарили.

— А теперь… Лиир ди Вирден, вы случайно не знаете, где моя сумка?

— У меня. И лиирра Эллари, мы же должны срочно с вами улетать! Наше дело не терпит отлагательств! — он умоляюще посмотрел на меня.

— Хорошо, лиир ди Вирден. Жду вас на поляне через час. И соберите все необходимое для дороги.

Вирден принес мне мою сумку.

— Лиирра Велиарили, очень рада за вас. Желаю вам солнечного дня.

Зайдя на кухню, я нашла там главного распорядителя. Вот и чудно. Попросила организовать завтрак на троих и отнести его в покои Сирень и Илидориана. Добавила просьбу собрать еду для поездки нам с Имри. И тут уже поинтересовалась: где я могу вскипятить воды?

Эльф вытаращил глаза и заверил меня, что работники приготовят все, что угодно, стоит только попросить. И негоже сиятельной Эллари самой что-то делать. Пришлось настаивать. Вот сильно я сомневаюсь, что кофе мне приготовят так, как нужно. Не доверю я эльфам такое ответственное занятие.

Сварив себе целый кофейник, направилась в свою комнату. Настроение стремительно повышалось.

Оказалось, меня ждали — слуга с завтраком разбудил Сирень и она позвала меня к себе. Илидориан уже ушел по делам. Мы не спеша поели вдвоем. Вещей собирать мне было не нужно — всё уже и так лежало в сумке, которую я забрала у Имри.

— Так значит, вы отправитесь с ди Вирденом? Вдвоём?

— Да.

— Санна, я бы хотела поехать с тобой, но…

— Нет, Сирень, я бы сама ни в коем случае тебе не позволила. На этих землях лежит неизвестное проклятье. А тебе сейчас нельзя рисковать. Нужно думать не только о себе.