— Откуда это? — я ткнула пальцем в багровые полосы на его коже. — Кто? Баба какая-то, да?

— У жены моей спроси, — пробормотал парень, отведя взгляд.

— Не ври, что это поломойка! — мой голос сорвался на визг. — Говори, что за тварь посмела тебя пометить?!

— У тебя прав никаких нет что-то от меня требовать, поняла? — рявкнул Агор. — Отвяжись! — он тряхнул лохматой башкой и быстро зашагал прочь.

Я замерла. Он никогда не говорил так со мной! Не смотрел со злостью и… и презрением! Это ведь обида, верно? Он просто обиделся, что из-за меня у него проблемы. Все наладится.

— Не реви.

Я посмотрела на Фафниру, которая двоилась и искажалась из-за слез в моих глазах, и всхлипнула, как в детстве.

— Идем, — она со вздохом приобняла меня за плечи, увела в свою комнату и усадила на кровать.

Давясь рыданиями, я все ей рассказала.

— Твоей матери не составило бы труда сделать этот брак недействительным. — Прима с сочувствием посмотрела в мои глаза. — Зачем она так жестоко с тобой обошлась, ведь ты же ее единственная дочь!

— Она никого не любит! Ни меня, ни отца! Только себя!

— Да уж, выходит, так и есть.

— А тебе просто завидует! Ты фаворитка самого Люцифера!

— Вот если бы я управляла школой, все было бы совсем по-другому. — Демоница вздохнула.

— Да, это было бы потрясающе!

— Никогда бы не задвинула тебя в угол, девочка моя, отдав сольную партию этой замарашке из пустынного народа!

— Что? — я ахнула, подскочив. — Не может быть!

— Может, может. — Фафнира налила в кубок вина и протянула мне. — Выпей, дорогая, станет полегче. Все-таки такое предательство матери сложно пережить.

РАХАНА

— Не так! — я с трудом сдержалась, чтобы не стукнуть эту нерадивую по заднице. — Макила, да что с тобой?! Ты вообще в ритм не попадаешь! Это не танец, это нож в мое сердце!

— Госпожа Рахана, не переживайте, — Гуно широко улыбнулся, подхватил меня под локоть и увлек в сторону. — Не давите на девочку, будет только хуже.

— Что значит, не давите? — во мне вскипел гнев. — Выступление уже вечером, а она ни в зуб ногой!

— Мака отлично знает танец, — он погладил по руке, раздражая еще сильнее. — Просто это не тот случай, когда надо построже. Вот, смотрите. — Учитель кивнул демонам, что скучали в сторонке.

Они поправили барабаны, прикрепленные ремнями к талии, и неторопливо начали отбивать незамысловатый ритм. Он наполнил пространство, заставляя помимо воли откликаться на него телом — кивками головы, отстукиванием пяткой.

Макила тоже не осталась равнодушной. Сначала подергивала рукой, потом откликнулись бедра, плечи. Когда барабанный бой полностью завладел телом и, казалось, проник в кровь, девушка начала покачиваться в такт. Глаза закрылись, волосы почти полностью закрыли лицо, руки взметнулись над головой, переплетаясь.

Красивые движения, полные внутреннего огня, приковывали взгляд. В них была какая-то первобытная сила, которая завораживала, заставляя следовать взглядом за танцовщицей, что уже была не девочкой из пустынного народа, а сосудом, наполненным яростным пламенем.

Я восхищенно ахнула, когда она закружилась по залу. Этот танец ни на что ранее виденное не был похож. Такое своеобразное, удивительное, сильное и одновременно трепетное действо! Во мне старой занозой заныла зависть — чтобы так танцевать, надо иметь настоящий, недюжинный талант! Которым я обделена по воле высших сил, будь они прокляты!

— Хорошо, убедил, — с неохотой отозвалась я на вопросительный взгляд Гуно. — Готовь ее сам, не буду вмешиваться. Но если запорет выступление, лично ответишь, понял?

— Госпожа, эта девочка вас еще удивит! — учитель нежно улыбнулся.

Мои брови уползли на лоб — обычно наш беловолосый готов придушить танцовщиц, и те отвечают ему тем же. Макила, похоже, и в самом деле непростая девочка! Что ж, раз у них взаимопонимание, пусть работают вдвоем. Все, что угодно, лишь бы у школы Раханы снова появилась достойная прима, о которой будет говорить весь Пандемониум!

Я бросила взгляд на босые ноги дочери пустынного народа и ушла домой. Надо еще кое-что сделать до вечера. А вот и сундук с моими старыми сценическими костюмами. Скрипучая крышка ударила о стену. Совсем рассохся, скоро развалится. Я провела рукой по разноцветным, аккуратно сложенным платьям. Столько воспоминаний!

Каждое выступление моментально всплывает в памяти яркой вспышкой, стоит увидеть тот наряд, в котором танцевала. Вот голубое с длинной юбкой и ассиметричным вырезом на груди — первый заказ на праздник Высшего демона. Золотое с вышивкой — тот номер понравился Архидьяволу Мархозию, толстяк от восторга тряс всеми своими подбородками и замуж звал. А строгое черное надевала на танец во дворце. Даже не представляла в тот момент, что это пик моей карьеры. Да еще и с Мулцибером проклятая судьба свела в тот день.