— Вика, привет, — грохоча каблуками по доскам пола из ценного дуба — гостиница по местным меркам действительно, без дураков, соответствовала классу люкс — к номеру Эрны шёл капитан Эдорик, — госпожа у себя? Она ведь уже сходила…ну, куда хотела, а? Насчёт того этого? А то уже опять того, подходили серьёзные люди…

— Пошли вниз, там поговорим. Стой, куда? — Вика, твёрдо выставив вперёд руку, упёрлась кулаком в грудь контрабандисту, попытавшемуся всё же вломиться в альков влюблённых душ, — Уважаемая устала и хочет немного отдохнуть. Мы с ней полгорода исходили ножками. Топ-топ. Отстань от неё. Я тебе сейчас всё передам, что она велела.

Эдорик открыл было рот, чтобы что-то сказать, но увидев равнодушное лицо Вики, её немного расфокусированный взгляд и вспомнив по недавнему бою с чивирцами, какую машину убийств она собой представляет, тут же его захлопнул и, кивнув, развернулся. Уважение к Эрне он проявил и в том, что отходя старался не топать.

Миока, остававшаяся старшей на время отсутствия Вики, стояла у барной стойки и, при появлении в едальном зале начальницы с капитаном, бросила на стойку монету.

— Вы с уважаемой ушли, даже не предупредив нас, — сказала она с укором, подойдя к своей десятнице, — Могла бы хоть весточку оставить.

— Зачем? — отмахнулась попаданка, — Я же вам вчера уже сказала, что во Вьеже ваши услуги не будут нужны. Отдыхайте пока. До погрузки. Только, желательно, здесь где-нибудь неподалёку, в Портовом районе. Вдруг понадобитесь?

Дело было не в том, что наёмники — или теперь уже правильней было бы их называть графскими дружинниками, всё-таки получение Лагисом от короля обещанного титула лишь вопрос времени — и в самом деле могли потребоваться. Просто у попаданки вошло в привычку, хоть и без чрезмерной опеки, но заботиться о своих людях. Если это возможно, целесообразно и не требует от неё каких-то чрезмерных усилий.

В беседе со Штормом Вика не забыла отдать распоряжение присматривать за экипажем Эдорика и своими подчинёнными. Портовый район, в силу его особого места в хозяйственной и экономической жизни Вьежа, был весьма насыщен не только откровенным криминалом, но и всевозможного рода аферистами, кидалами, мошенниками и просто проходимцами всех мастей.

Контролировать всю эту разношерстную публику, добывающую себе средства, как говорится, на пропитание не честным путём, было крайне сложно. Но вот защитить от них определённых людей у Шторма средства и силы имелись.

— Ты куда меня тащишь? — поинтересовалась Вика, когда Эдорик взял её за локоть, — Пошли лучше на улицу. На заднем дворе посидим. Пока погода хорошая, надо этим пользоваться.

Позади таверны, там, где располагались конюшня, хлев, птичник, дровяной сарай и ещё какие-то хозяйственные постройки, вдоль стены конюшни на невысокие козлы было уложено длинное бревно, примеченное Викой из окна своего номера. На него она и взобралась, достав из наплечной сумки два яблока, предложив одно из них капитану.

Тот посмотрел на предложенный фрукт с подозрением, словно ища подвох, но угощение взял и прислонился задницей к бревну. В отличие от Вики, он не захотел терять опору под ногами.

— На что человек может смотреть бесконечно долго, капитан? — Вика откусила яблоко и поделилась с Эдориком мудростью родного мира, разумеется, не поясняя этого, — На горящий огонь, на бегущую воду и на то, как другие работают, — она глядела на центр двора, где двое дворовых, похоже, тупой пилой водили туда-сюда над брёвнышком, а мальчишка, их помощник, ждал, когда из этого мучения родится чурбак, чтобы оттащить его к поленнице, — Короче говоря, уважаемой Эрне через знакомого дворцового мага удалось получить распоряжение самой правительницы, — Вика не удержалась от театральной паузы, — С нас вообще не возьмут ни энна налога. Ни в герцогскую казну, ни в городскую. Как уж там дворец потом рассчитается с ратушей, и как моей нанимательнице удалось этого добиться, не спрашивай. Не знаю. Но…

Всё. От рожи капитана можно теперь было хоть прикуривать. Он словно стал главным героем сериала «во, попёрло!». Эдорик не удержался и обхватил Вику за плечи и затряс. Она бы с бревна сверзилась, если бы не уравновешивающая техника ассасинов.

— Отпусти, кабан, — попаданка грубовато оттолкнула контрабандиста, — Задушить решил, чтобы денежки мои кровные зажилить? В смысле, уважаемой Эрны? Её будешь благодарить. Уважаемая нашла подходы кое к кому.

— Да понятно, — радостно согласился Эдорик, — Вон какая красивая, почти как ты! Я бы был сановником во дворце, да разве ж я бы устоял! — он изобразил руками неприличный знак.

От этих слов и жеста Вика сама чуть не грохнулась на землю. Всё же мужики — все как один, наверное — придурки конченые. Мысли только об одном. И те между ног болтаются. Эмоционально попаданка могла быть и резко несправедливой.

— Рот закрой, придурок, — вызверилась она на Эдорика, — Ещё раз услышу такие оскорбительные вымыслы про мою нанимательницу и подругу — да, подругу! — я тебе твой язык в одно место засуну. Понял? А скажу магине Эрне, она тебя…, - Вика чуть не ляпнула «превратит тебя в крысу», но вовремя спохватилась, магии превращения тут не существовало, — Спалит, к спруту.