Шрифт:
– Второе противоречие, – как ни в чем не бывало продолжил Киор. – У советника Рига никогда не хватило бы сил на создание подобного оружия. У короля Снора еще был бы шанс, но не у советника.
Версий у нас больше не было. Так мы и стояли, сверля хмурыми взглядами тонкую, белую цепочку, что, свернувшись, лежала у меня на ладони.
– Надо поговорить с нашими парами, они давно здесь живут и знают лучше нас, где могут скрываться фанирцы со сварами. Прямо сейчас проведем разведку, нанесем метки на карту, дадим пояснения, отправим все добытые сведения к высланным сюда воинам. Пусть они и дальше здесь разбираются, а мы отправимся разыскивать хозяина этого оружия, – выдал своим воинам примерный план действий.
– Надо торопиться, его связь с оружием все слабее, – пробасил Киор и, тяжело вздохнув, пошел снимать свою неугомонную пару с особенно крутого и высокого уступа.
ГЛАВА 14
ЛИВАР
– Не сможем спасти…
– Слишком рискованно…
– Обширные повреждения мягких тканей…
– Многочисленные переломы…
– Возьмем образцы, вырастим заново на ЛарИне…
Каждый раз, когда приходил в сознание, слышал тихие, иногда не очень тихие голоса, иногда даже удавалось разобрать несколько слов. Я стонал, но ничего не слышал и не понимал, как это возможно. Пытался открыть глаза, хотел посмотреть на тех извергов, которые заставляют меня терпеть эту бесконечную боль.
Открыть глаза не получилось и в этот раз, как и попросить их прекратить меня мучить. Боль постепенно становилась все сильнее, и в какой-то момент, которого я всегда ждал с радостью, я просто опять отключился.
– Будет жить…
– Невозможно…
– Значит, вы сделаете невозможное!
Моя хрупкая малышка! Возмущенно шипит, стараясь быть тихой, но в самом конце срывается на крик. В ее голосе знакомая мне сталь. Так мало пробыли вместе, и так много она от меня переняла.
– Не могу его потерять, – шептала устало и сипло. Плакала.
Где вся моя команда? Почему она одна? С кем спорит? Что произошло?
Радовался я не долго. Боль, которая, как мне казалось, утихла, нахлынула внезапно, только в этот раз я совсем не был рад забытью.
– …отдохнуть… голодна…
Очнувшись, с трудом уловил знакомый голос. Киор. Напрягся, пытаясь разобрать слова, и у меня начало получаться.
– …не уйду. Поем сама, как буду голодна.
– Тебе надо поспать, своими разговорами ты ему не поможешь.
– Мелкая, забери отсюда своего замороженного, пока я не оторвала ему яйца. Он слышит. Слышит меня. Я знаю.
Чувствовал ее боль как свою, хотел успокоить, обнять, сказать, что все хорошо, и я действительно ее слышу, но голос мне не повиновался. Единственное, что удалось – слабо пошевелить пальцами на руке, которую она сжимала своими ладошками.
– Поправляйся, – нежно погладила меня теплой ладошкой по щеке, исполосованной шрамами, а у меня не было сил даже на то, чтобы повернуть голову и подставить ей другую сторону, не изуродованную. – Ты мне нужен.
Слышал ее шепот и медленно уплывал в здоровый сон без боли.
– Снова здесь? – голос дока по большей части безразличен, он уже понял, что спорить с моей малышкой бесполезно. – Тебе бы поспать, – тяжело вздохнул. –На тень похожа. Капитан очнется, вся команда получит за то, что четыре здоровых самца не могли позаботиться о его паре.
– Не могу, – совсем тихо прошептала моя хрупкая девочка. – Закрываю глаза, и снова этот взрыв. То, как он летит вниз, ударяясь об острые камни. Не могу…
– Могу дать снотворное, – предложил док, и я тут же услышал крик Лани:
– Нет! Ты этого не сделаешь! Вы не заберете его у меня!
В ее голосе было столько страха и боли, что я не выдерживал и, приложив неимоверные усилия, открыл глаза.
Лани стояла перед койкой, на которой я лежал, и, шипя, скалила клыки. Зная свою девочку: еще шаг, и док отправится спать. В лучшем случае…
Не понимал, что ее так напугало, почему она считает дока врагом, и отчего боится засыпать на самом деле?
– Никто не пытается его у тебя забрать, – поднял док руки в примирительном жесте. – Мы бы его просто возродили, так было бы проще всем.
И тут Лани накрыло такой паникой и злостью, что она стала похожа на загнанного зверя. Такие самые опасные просто от того, что понимают – им нечего терять. Док сейчас серьезно нарывается, и сном он в этот раз точно не обойдется.
Угрожающе зарычал, когда док попытался приблизиться к моей паре, держа свою руку в кармане широких медицинских брюк. Сила рвалась наружу, и я едва мог ее сдержать.
– Позже зайду, – нервно бросил док и вышел из отсека.
– Лив, – всхлипывала Лани, медленно приближаясь. – Лив! – вскрикнула, бросаясь мне на грудь.