«Ничего себе, легко», – мысленно вздрогнул, постаравшись сохранить невозмутимость.

– Можешь взять слезу пространства. Пусть пока побудет в твоих руках. В случае необходимости, в них она принесёт всяко больше пользы, чем в других.

В его голосе на мгновение промелькнули зависть и сожаление. Но к счастью, так называемая, белая. Мне льстили, подкупали, оставляя оружие, чем и являлся кристалл, успокаивая и усыпляя бдительность. Заодно, незаметно привязывая к себе. Как говорилось в одном мультфильме, – Это «ж-ж-ж» – неспроста! Конечно, приятно, но чем, собственно, придётся расплачиваться за такую щедрость.

– Валид, – хранитель зала обратился к мужчине в дверях, по-родственному, как к близкому члену семьи, – отправь слуг в мои покои, забрать сумки. Как вернутся к главе рода, пусть скажут, скоро буду. С новыми друзьями. Сам ему потом всё объясню.

Кивком показав, что понял, мужчина ненадолго вышел, чтобы передать сообщение коллегам, дожидавшимся на улице. После этого, в сопровождении ещё двоих высоких, плечистых дари в какой-то полувоенной одежде, вернулся. Мастер Закир, не спрашивая, знает ли он нужный адрес, не знает, повелительно потребовал отвести нас к хадир Дархан.

Немного подумав, Валид повёл в направлении западной части города, уверенно ориентируясь во всех окрестных улочках и переулках. На самую границу богатого района. Где дома были ещё более роскошными, просторными, объединяясь и разрастаясь в небольшие, закрытые для посторонних кварталы. Видимо, здесь проживали родственные души, разделяющие общий принцип, по эту сторону свои, а там чужие, «ходють», «топчуть». От которых нужно обязательно отгородиться заборами, собаками и многочисленной, вооружённой охраной. Испытав мимолётную ностальгию, даже подивился, почему не видно кортежей из затонированных мерседесов. И пикапов с пулемётами, раз уж вокруг восточный колорит. Ох уж эти стереотипы. Вроде и пробыл здесь всего ничего, а уже ностальгия появилась.

Правда, дальше образ благополучного, элитного района в моих глазах несколько рухнул, когда прошли мимо разрушенных домов и проломленных оград. Заметили разрастающийся неподалёку пожар, дым от которого густыми клубами поднимался над крышами. По подворотням замелькали подозрительные тени. Не решившие показываться нам на глаза. Заступать дорогу. Где-то на соседней улице раздавались неясные крики, сопровождающиеся грохотом, битьём посуды, и изредка, сухими, резкими хлопками, напоминающими выстрелы. Не понять, то ли враг уже сюда прорвался, и вот-вот возобновятся бои, то ли это местная беднота решила под шумок свести старые счёты, заодно поправив материальное состояние. Атмосфера в городе стала, мягко говоря, напряжённой, тревожной, как перед грозой. Которую ещё не видно, но уже чувствуется. Даже улыбчивый мастер Закир стал внимательным и собранным, хмуро поглядывая по сторонам. Держа наготове активированный браслет, едва заметно светящийся.

Увидев универсальный, предостерегающий жест Валида, послушно остановился. Миры хоть и разные, но повадки разумных везде схожи. Как и универсальные жесты. Вскоре, через перекрёсток, куда мы направлялись, пробежало четверо одинаково одетых и вооружённых мужчин. В красных, выделяющихся ярким пятном тюрбанах, с лицами, закрытыми платками, оставляющими свободными только глаза и переносицу. На нас едва взглянули, даже не замедлившись. Завистливо посмотрел вслед. Вот ведь выносливые кабаны, по такой жаре бегать.

– Свирепые Палки побежали, – презрительно скривился Валид. – Значит, дело дрянь. Нам туда точно, сильно, – выделил это слово, – нужно?

Хранитель зала молчаливо переадресовал вопрос мне. Взглядом. С большим нежеланием, подтвердил. Если бы мог, послушался умных людей. Они плохого не посоветуют. Но идти всё же надо. Увидев мою решимость, мастер Закир дал команду продолжать движение.

– Свирепые Палки, кто это? – тихонько у него спросил.

Припомнив о моей забывчивости, Закир кратко пояснил.

– Одно из братств дари. Они хоть и тоже из дашун, но нам не ровня, – сразу внёс ясность. – Охраняют имущество, следят за порядком, гоняют бродяг. Их обычно используют в качестве стражи. Тюрбаны, штаны и тяжёлые палки, для вразумления глупцов, окрашенные в красный цвет, отличительный знак Свирепых. Можешь считать, особого отряда для подавления бунтов и беспорядков.

О чём-то подумав, на всякий случай, заранее посоветовал.

– Не спутай случайно с братством Ловчих. Вслух. Могут быть проблемы. Несмотря на наличие отрядов Свирепых, с красными тюрбанами, у них совсем иное предназначение. Одни сторожевые псы, другие охотничьи. Занимаются поиском и отловом преступников, беглецов, да кого угодно. Охотники за головами, – охарактеризовал в двух словах. – Друг друга сильно недолюбливают. Не до открытой вражды, конечно, но при случае бока с удовольствием намнут. Частенько, охотники за добычей заходят на территорию стражей, устраивая там беспорядок, создавая уважаемым горожанам лишнее беспокойство. Трогая их гостей. Кому такое понравится.