Насколько правильно такое отношение к собственному прошлому, которым еще совсем недавно так дорожила? Анне казалось, что она слишком уж огрубела в своих чувствах, становится такой же, как окружающие ее теперь люди, живущие лишь удовлетворением собственных физических потребностей. Наблюдая за членами общины, Анна заметила, что немногочисленные дети, обитающие в поселении, существуют как бы сами по себе. Насколько можно было догадаться из пояснений Дильназ, понятие семьи, как таковой, во внешнем мире отсутствовало напрочь, зачатие в основном являлось результатом сексуального насилия. При таких условиях сложно было бы ожидать от матерей проявления каких-то теплых чувств к собственным детям.

Послышался голос Халифа. Что именно говорил предводитель банды, Анна, конечно, не поняла, судя по интонации, просто ругался в пустоту. Забухали его тяжелые шаги, Анна всем своим существом почувствовала присутствие Халифа рядом с собой.

Анна села на матрасе, подтянув колени к груди и уткнувшись подбородком в одеяло. Неужели это должно произойти именно сейчас?

От удара на мгновение все вспыхнуло перед глазами, Анна повалилась в темноту. Халиф схватил ее за шею, приподнял, и с силой бросил обратно, впечатав в матрас. Если бы под Анной оказался голый бетон, наверное, от такого удар мог бы и череп треснуть.

Никакого продолжения не последовало. Бросив свою пленницу, Халиф вышел. Очевидно, просто вымещал злобу. Вот только на кого? Или на что?

Остаток ночи Анна провела в недоумении и с головной болью, лежа неподвижно и прислушиваясь к каждому шороху. Визит Халифа напомнил ей о чувстве страха, которое, как иногда казалось, уже совсем забылось. Оказывается, она еще способна бояться. Наверное, так же его боятся и члены общины. Анна уже видела, как бандиты Халифа избивают поселенцев: и мужчин, и женщин, и даже детей. Бьют, просто так, проходя мимо. Ей и самой уже не раз перепадало. Похоже, для того и предназначены все эти беспричинные побои, чтобы никто не забывал бояться. Можно потерять страх перед смертью, ведь она послужит лишь избавлением от унижений и полуголодного существования, а вот страх перед болью гораздо сильнее.

Анна коснулась ладонью горящего лица. Видимо, пока она здесь, никогда не сойдут ни синяки, ни опухоли, бить ее будут регулярно.

Вздремнуть так и не удалось, сон не шел. Судя по звукам, доносившимся с улицы, поселение уже проснулось, но лампочка в комнатке Анны не загоралась. Кто ее включал и выключал, Анна не знала, но именно по ней утром можно было определить, что время, отведенное для отдыха, закончилось. Анна поднялась и села на матрасе. При каждом повороте головы в шее чувствовалась боль, да и в голове все еще шумело.

Снаружи послышался тяжелый рокот. Этот звук Анна уже слышала когда-то, так шумел тот самый мусоровоз, что вывез ее из мегаполиса. Выглянув на улицу, она замерла прямо у входа. Взметая клубы пыли с неба на площадку перед резиденцией опустилось нечто. В прошлый раз Анна не разглядела толком тот мусоровоз, но это точно был не он. Таких машин Анна никогда прежде не видела, и вряд ли что-то подобное могло принадлежать Халифу и его банде. Сам главарь стоял тут же, у входа, с десятком своих головорезов.

Крышка люка медленно откинулась на землю, образовав пандус, бандиты тут же устремились к машине и принялись вытаскивать из отсека ящики, выкатывать бочки. Похоже, это и был грузовой дрон, который упоминала Дильназ. Если ночью именно о нем получил сообщение Халиф, тогда вообще непонятно, с чего он так взбеленился. Разве могло быть плохой новостью то, что ему присылают припасы? Или причиной послужило то, что главарь банды должен сделать в обмен на щедрость корпорации? Вряд ли все это передается ему безвозмездно.

Бандиты довольно быстро разгрузили дрон, сложив все неподалеку. Люк закрылся и машина поднялась в воздух. Если в кабине и был пилот, общаться с получателями груза он не пожелал, но, скорее всего, дрон управлялся автоматически.

Халиф что-то крикнул своим головорезам. К полученному грузу тут же подъехали несколько автомобилей, два из них были с прицепами. Бандиты принялись закатывать бочки в прицепы, распихивать ящики по багажным отсекам.

Халиф оглянулся на вход в свое жилище. Попав под его взгляд, Анна непроизвольно съежилась. Все-таки этот человек не вызывал у нее ничего, кроме страха. Даже если бы вдруг он начал улыбаться, находиться рядом с ним все равно было бы жутко.

Халиф вскинул здоровую руку и поманил Анну к себе. Приближаться к нему было боязно, но не подчиниться казалось еще страшнее. Анна приблизилась, внутренне приготовившись к очередному удару. Видимо, злость Халифа уже улеглась, поскольку никакого наказания не последовало. Он просто указал на ближайший автомобиль и что-то сказал приказным тоном. Анна нерешительно подошла к машине, оглянулась на Халифа. Тот повторил свой приказ, подкрепив его жестом. Догадавшись, что от нее требуется, Анна открыла дверцу и забралась на заднее сиденье. Вот только для чего все это, она все равно не понимала.