У неё уже была красивая пышная свадьба с подвенечным платьем, гостями, выкупами и «всё как положено». Ничего хорошего из этого не вышло. Пришла пора делать всё не так, как раньше.

– Домой? – спросил Макс, довольно улыбнувшись в ответ.

– Да, - уверенно ответила она и удивлённо ахнула, когда бывший начальник службы безопасности президента подхватил её на руки и поспешил к выходу.

 - Проходи, - открыв дверь своей квартиры, сделал приглашающий жест Астахов, пропуская Милену первой. – Вы останетесь здесь, - сказал он шести телохранителям, которых президент отрядил вслед за ними.

Бывшая Царица вошла в пентхаус и замерла.

Ещё в лифте она умышленно обратила внимание на то, какую кнопку этажа элитного небоскрёба нажал Макс.

Шестьдесят три. Последний!

Весь путь к поднебесной в железной коробке Мили решительно настраивалась на то, что справится. Смирится или привыкнет к подобной высоте.

«Главное, не подходить близко к окнам», - думала она.

И что же?

Эта задача оказалась невыполнимой.

Огромная, просторная двухэтажная квартира вместо стен имела панорамные окна, открывающие невероятный вид на ночную столицу и усыпанное звёздами небо.

Дух захватывало одновременно от благоговейного восторга и ужаса. Милена не могла понять, какое из них доминирует. Но оба парализовали, вынудив прирасти к полу у порога.

– Невероятно, правда? – спросил Макс.

– Да, - честно выдохнула она, пытаясь скрыть дрожь и взгляд, в котором можно было бы прочесть страх.

Астахов подошёл ближе, двумя пальцами подняв её лицо за подбородок, вынудив посмотреть на себя.

– Я знаю, что мы живём не в той стране, где принято обмениваться клятвами перед алтарём, - заговорил он. – Да и не перед алтарём мы сейчас, - добавил он усмехнувшись.
– Но давай сейчас дадим слово никогда не врать друг другу.

– Я не врала, - машинально отозвалась Милена, испытав стыд.

– Я хочу, чтобы ты знала, что я очень серьёзно отношусь к браку, - продолжил Макс, возможно не поверив её словам. – Да, я не очень-то уважал женский пол, и у меня на то были причины, поверь… - он запнулся, не желая оправдываться.
– Я не верил в то, что когда-нибудь встречу ту, которую с гордостью захочу назвать Женой. Для которой захочу стать Мужем. Для меня это не просто слова, статусы или условности. Это Выбор. На всю жизнь. Это принятие, компромиссы и Доверие. Ты должна знать, что всегда сможешь положиться на меня, довериться во всём. С этого момента для меня нет никого роднее, ближе и дороже, чем ты. Ты – моя Семья. И я очень хочу, чтобы ты хотя бы была со мной честна. Для начала. Всё остальное я и так прекрасно понимаю сам.

Милена смотрела в тёплые карие глаза и чувствовала, как каждое произнесённое Максом слово дрожью отдаётся в сердце, находя отклик, а в солнечном сплетении расцветает восхищение человеком, чью любовь ей удалось заслужить.

– Согласна, - выдохнула она.

– Сколько себя помню, я мечтал о такой квартире и этом виде, - продолжил элитный телохранитель. – Нам осталось пожить в ней не так долго, пока я сделаю нам новые документы. Я знаю о твоём страхе высоты. Мы съедем, если ты не сможешь привыкнуть, но прошу тебя – попробуй. Мне хочется разделить с тобой это великолепие.

Милена улыбнулась.

– Как же ты будешь жить в доме с садом, если тебя тянет и восхищает поднебесье? – спросила она, убрав его пальцы со своего подбородка и потершись щекой об огромную мужскую ладонь.

– Поднебесье, как ты выразилась - это лишь мой холостяцкий мир, красоту которого мне хочется, чтобы ты оценила, - ответил он. – А там, куда мы отправимся и выберем вместе – будет наш. Это тот же выбор, что делает мужчина, когда принимает решение касаться лишь одной женщины до конца своих дней. Это несложно и не нужно другого, если…

Макс вновь запнулся.

Сколько раз ему признавались в любви, когда он не чувствовал ничего подобного в ответ?

Его это лишь раздражало.

Он не хотел вызывать у Мили такие же чувства, как у него назойливые любовницы. Не хотел казаться жалким. Это было последним, чего бы он хотел.

– Я обещаю попробовать, - ответила та, что предпочла его одному из самых богатых и могущественных людей на планете.

Он благодарно ей улыбнулся.

– Хочешь принять душ? – спросил Астахов.

– Да, - ответила Мили, понимая, что ей необходимо смыть с себя запах другого мужчины.

Пусть за прошедшие пять дней между нею и Владом не было ничего серьёзного, но всё же она была уверена в том, что и одежда и каждая клеточка её тела, пахнут Им.

Тот этап жизни навсегда должен был остаться позади, не оставив от себя и следа.

– Да, - уверенно произнесла Милена, одна оказавшись в ванной, сбросив с себя одежду и глядя на неё, как на свою прошлую жизнь, с которой она прощается сейчас, в это мгновение, навсегда.