— Похабный извращенец! — отпихнула его, но он не выпустил меня из рук.

— Я же не сказал, что сам мурлыкать не стану…

— Отпусти!

— Да, пожалуйста, госпожа! Вот только… — Лиен словно ударился в мои губы своими, втянул с таким смаком, что мне стало и больно и жутко приятно. Кожа заколола настолько, словно до этого затерпла, и я услышала то самое урчание.

— Готовься, Сакурая! Я начинаю строить наш вольер…

Залепить затрещину? Можно! Хорошенько проехаться по яйцам? Трудновыполнимо. Ноги дрожат, руки дрожат… Дрожит всё от идиотского возбуждения.

Какая-то херь слева начала отодвигаться, и я взвизгнула, когда меня легко подхватили и поставили на ноги. Быстро поправили мою одежду, и… Ущипнули за зад.

— Тебе жить надоело?! — припечатала, а мне только подмигнули и пихнули к выходу из этого…

А что это вообще было? Чулан для пыток? Или аналог красной комнаты для разрядки между номерами на сцене?

Скажем так, как только я очутилась снаружи, мягко говоря прибило меня к грешной землюшке в момент.

Толпа репортёров! Кучи! Нет кучищи камер, прямо за сценой этого клубешника, как за кулисами одесского кинофеста. Они бодренько снимали наше шествие "на выход господа!", а я чуть не ослепла от вспышек фотокамер.

— Куда ты меня тащишь? — вырвала руку, и отряхнула костюм.

— Как это куда? — Мороженко приподнял бровь, — В наш вольер, дорогая! Кольцо на пальце, ты моя жена! Едем собирать твои вещички. До отъезда ты будешь жить со мной на съёмочной площадочке, Сакурая!

— Помечтай! — я обошла его по дуге, и заметив свой плащик в руках его охраны, бесцеремонно вырвала его, взяв курс сквозь толпу репортёров на выход.

Муженёк! Да конечно! Щаааас!

Я села за руль, и только сейчас поняла, что во мне бутыль шампуня и ещё какая-то люминесцентная дрянь. Поэтому с досадой закусила губы, и полезла в бардачок за телефоном. Упустим то, что у меня ныло всё, и прямо сейчас я была злая как скандинавская баньши. Поэтому не мудрено, что бедный Кирюха только мычал в трубку. А когда приехал на парковку, к которой я доехала как улитка, лишь бы не стоять рядом с клубом, боялся садиться в машину.

— Та-а-а-а-к! Можно я вначале это… Пересяду хоть на заднее сидение. Зона поражения твоей темной энергией слишком велика! Боюсь, что ты меня испепелишь сейчас!

— Кир! — я повернула к нему голову, и подняла правую руку, — Скажи что вот ЭТО просто результат моей бурной шизофрении в острой фазе, бл***!

— Охренеть! — парень выдохнул, и схватил меня за ладонь, притянув ближе руку, — Откуда у тебя этот булыжник на пальце?

— Откуда, бл***? ОТКУДА?!!!!

Кирилл побледнел разом, сглотнул и прибился телесами к дверце.

— Изиде сатана! Где моя систер? Послушай, Снежа! Ты бы это… успокоилась немного! Ты реально на истеричку похожа!

— А как мне себя вести если меня только что втянули в такую Же, что легче самоуничтожиться на месте! Полюбуйся, блин!

Я открыла первую страницу официального сайта агентства Сая, и ткнула в руки сотовый.

— Карамба! Тебя Рада на британский флаг порвет… — заулыбался Кир.

— Да что ты! Зато у тебя зелёный свет появился, Дракончик!

Я скисла совсем и начала кусать губы, как малолетка. Что делать?

Хотя нет. Как это всё обратить в свою пользу мысли были. Но меня все больше нервировало что-то необъяснимое. Правда почему необъяснимое? Вполне все просто:

"Этот мужик хочет тебя, иначе не игрался бы с тупой сталкершей! А ты хочешь этого мужика, иначе бы не продолжала играть в эти кошки-мышки!"

— Тигрица… Что за несусветная слащавая херня! — прошептала и бросила Киру ключи от тачки прямо на колени, задав очевидный вопрос:

— Кир, какова вероятность того, что на меня мог запасть корейский Аполлон?

— Тебе какое соотношение? Статистическое? Или исходящее из данной ситуации и проанализированные с позиции мужика? — хмыкнул парень.

— Второй вариант, пожалуйста.

— Я бы не носился с бабой, если бы не хотел её хотя бы затащить в койку.

— Логично, — согласилась и вспомнила, как меня рьяно туда зазывают в последнее время.

Начало конца или дом, милый дом!

Две недели… Это огромный кусок времени? Пожалуй не настолько, как я представляла. А все потому что начался отсчет в четырнадцать дней, с того памятного утра.

Начнем по порядку, не упуская момента, как в мою обитель ворвалась разъяренная систер, и бросила в меня телефоном, чуть не зарядив в лобешник.

— Ты нормальная? Что за вид с утра, и какого хера ты вытворяешь, Радислава?!

Она пыхтела как фурия, а потом просто прошлась по мне и содрала со стены распечатку с Мороженком, пока я пыталась отпихнуть её со своего кокона из одеял на полу.

— Ты! Зараза такая, Снежа! Ты же знала, что я годами мечтала попасть хотя бы в его стафф! Пять лет, как дура была главой нашего фанклуба! А итог? Моя сестра, одержимая Сталкерша тире репортёрша желтухи устроила мне ад, в стране в которой я мечтала жить ещё со школы! А теперь ещё и ЭТО!