На третий день воин, что захватил следопыта и лекаря, стал хромать. Он все чаще и чаще присаживался.

– А ну, иди сюда! – приказал лекарю и ткнул на свою ногу. – Болит, вылечи!

Дэрин напрягся, ведь пегам знал про ос и мог все рассказать. Руки лекаря засветились, даже днем было видно, как от них идет сияние. Воин задергался, завыл от боли.

– Убирайся. Что это было?

– Ты умираешь.

– Какую чушь ты несешь, – воин посмотрел на ногу, которая ничем не отличалась от другой.

– Отдохнул, пошли дальше! – приказал начальник отряда, и они тронулись дальше.

Но к вечеру завыл от боли другой воин, что, схватившись за руку и упав на землю, стал кататься по ней.

– Что происходит?

А ночью их уже было трое. Утром вроде как все успокоилось и смогли пройти несколько километров. Но после обеда упал первый, что с ногой, а через час уже все трое корчились на земле. Дэрин с ужасом смотрел на искаженные лица разведчиков, он впервые видел, как мучатся от ос эльтез.

– А ну, лечи их! – взревел командир отряда, но лекарь, что был не в лучшей форме, был бессилен перед этой смертельной болезнью.

Над лесом разнесся вопль умирающего, птицы затихли, оставшиеся войны постарались облегчить мучения. Следопыт остался без присмотра, к нему подлетел булар и, облетев вокруг него, полетел в сторону кустов.

Дэрин взял тряпки, обмотал ими цепь на руке, чтобы она не лязгала и, прижимаясь к земле, быстро побежал за своим маленьким спасителем. Рев умирающих воинов опять оглушил лес, следопыт несколько раз останавливался прислушивался, но разведчикам сейчас было не до него, погони не было. Человек-цветок летел впереди, показывая безопасный путь отступления, в какой-то момент он завис и резко опустился на землю, то же самое сделал Дэрин. В десяти метрах от него пробежало несколько ног, но через густую листву не удалось увидеть, кто это. Булар раскрыл крылья, подлетел к следопыту и, махнув тоненькой ручкой, поманил за собой.

С правой стороны текла река Сагмак, что огибала гряду гор, начинала свое путешествие в долине вулканов и, преодолев пустошь, смешивалась с песком и глиной. И теперь, вырвавшись на равнину, воды успокаивались, но на пути ждал собрат, что начинал свой путь в ледниках. Зеленоватая река Патнак, бурная, стремительная, в сезон дождей превращалась в разрушительный поток, но, вырвавшись из узкого ущелья Гадив, превращалась в широкую и спокойную реку. И только за изгибом каменного нароста, что тянулся несколько километров, две реки объединялись. Это было удивительное зрелище, правая сторона вод была зеленой, а левая желтой, и только постепенно смешиваясь, они превращались в могучую реку Супаж.

От гор тянулись до самого горизонта и еще дальше поля, на которых работал народ забол. Они были мирными, любили ковыряться в земле, выращивать рис, кукурузу, картошку. Сады приносили урожай, из которого делали вино и сладкие нектары. Их глаза напоминали глаза коровы, уши опущены, тонкий рот, ноздри, что направлены в стороны, длинный скошенный лоб и синяя короткая шерсть. Именно они первыми обнаружили чужаков и доложили патрулю из гарнизона.

– Говоришь, серые и лысые? – поинтересовался воин, что, спрыгнув с натран, которое больше напоминал двуногую лошадь с большим и мощным клювом, чем птицу.

Он присел и стал изучать следы, оставленные в рыхлой почве.

– Они появились утром, было пять, пришли со стороны топей, налегке, без сумок, вижу первый раз, не наши.

– Что-то говорили?

– Нет, шли, словно знали дорогу, ушли вчера, обратно не возвращались.

– Хорошо, Харбек, – так звали труженика, что сообщил о чужаках. – Увидишь, присмотрись.

– Будет сделано, я сына пошлю проследить.

Шаграт зарисовал следы, сел на своего любимого натрана и, хлестнув его короткой плеткой, помчался в сторону топей. Ему еще несколько раз доложили о других отрядах, и опять они шли налегке, без сумок и снаряжения.

– Куда вы идете? – достав из сумки карту, сделал несколько пометок. Насчитал восемь отрядов, а значит есть еще. – Если в каждом по пять, значит сорок, пусть еще будет столько же, и, как уверял Харбек, их руки в мускулах, значит не ковыряются в земле, значит…

Еще раз взглянув на карту, он стал догадываться, отряды чужаков двигались к его гарнизону Мериаетта, что располагался на каменном пальце между двух рек.

– И все вы пришли из леса-топи, а что там дальше? – об этом никто не знал, поскольку начиналась граница нетронутых земель. – Но кто-то же там живет.

Давно, еще когда не родился дед Шаграта, было подписано мирное соглашение. Все, что до леса-топи, принадлежит великой, так все считали, стране Сабод. Она начиналась от моря, что за горами, тянулась вдоль пустоши, через леса и каньоны, уходила вглубь материка. И чтобы достигнуть ее границы, надо путешествовать не один месяц. Свободная страна, где проживали сотни разных народов, начиная от человека и кончая странными существами в виде пегами, персо, энергоидами и плачущими эльфами. Но этих серых существ, что прибыли из чужих земель, Шаграт не знал.