— Не двигайся!

Олег вздрогнул, когда услышал этот голос — обычный голос, пропущенный через модулятор. Инженер вгляделся в рассеивающийся дым: среди трёх мёртвых тех стоял Элитный, держащий на вытянутой руке револьвер.

— Встать! Руки подними!

Олег медленно встал, исполнив приказ. Неужели вот так, так глупо…

— Никаких резких движений!

Офицеру СЕ121007 хотелось пощупать спину — кажется, его задело осколком, как и всех его товарищей по оружию. Но нельзя… Это — человек… Это — преступник, он сумел убить уже стольких, что с ним нельзя было отвлекаться. Нельзя отвлекаться… Президент нас бросил? Нельзя отвлекаться… Бросил…

— Я помню тебя, — офицер и сам не ожидал, что это скажет.

Олег посмотрел на Элитного с бессильной иронией. И чего этот синтет медлит? Посмаковать момент решил?

— А я тебя нет, — огрызнулся, Олег, — что замер? Давай!

СЕ121007 почувствовал, как его сердце бешено колотится, словно стучится изнутри об его белую броню. Тут — слишком жарко… Пот заливал ему глаза. Надавив на зажимы, он одной рукой снял с себя шлем. На Олега посмотрело серое тощее лицо с почти прозрачной кожей и огромные чёрные глаза, провалившиеся глубоко и мерцающие в черепе, словно два огонька.

— Там, на крыше Нексуса, — сказало лицо.

Олег презрительно улыбнулся.

— А, это я тебя там недострелил?

СЕ121007 промолчал. Он не спускал глаз с человека, но ствол револьвера дрогнул.

— Ты… Скажи мне, — у офицера пересохло во рту, — ты видел… Чтобы наши расстреливали госкавалеристов?

И он замолчал, испугавшись того, что сказал. Человек посмотрел на офицера.

— Я видел трупы госкавалеристов. В самом Нексусе. Их расстреляли ваши. Я говорил с госкавалеристами, которые перешли на нашу сторону оттого, что вы начали их истреблять…

Офицер почувствовал внутри холод. Не просто холод, лютый мороз. Голова болела так, как будто её били камнями.

— Ты врёшь… Такого не может быть…

— Ещё как может, — дерзко ответил Олег, — даже крысы не грызут друг друга, спасаясь с тонущего корабля. Вы хуже крыс. Вы падаль…

Олег даже растерялся, когда при этих словах Элитный тихо застонал и приложил ладонь к виску, закрыв глаза. СЕ121007 закрыл глаза, но даже тьма не спасала от этого холода. От этого мороза. И от боли, где-то глубоко внутри…

«И президент нас бросил… Бросил нас…».

Рука, сжимающая револьвер, дрожа, опустилась вниз. Олег в растерянности посмотрел в лицо офицера и опустил руки. Элитного колотила дрожь, его голова блестела от пота. Он снова приложил руку к виску.

— Иди.

Олег ожидал чего угодно, но не этого…

— Что?

— Я… Иди, пока я… Быстрее…

В третий раз Олегу повторять не было нужды. Он, схватив с пола грави-пушку, покинул зал, косясь на странного Элитного. Когда он уже вышел из зала и увидел впереди основание реактора, позади раздался грохот выстрела. Олег, оглянувшись, остановился. Он стоял лишь пару секунд и рванулся вперёд.

Когда Олег вбежал в главный зал реактора, он сразу же увидел большой водянистый шар, переливающийся внутри массивного треугольного каркаса, который в виде шпиля поднимался вверх — к самой верхушке реактора. Внутри шара смутно угадывалась фигура бывшего администратора.

— Это Дорожный! — Сказал по громкой связи голос Руслана, — вот он!

«Надо же, — промелькнуло в голове у Олега, — он действительно взломал тут все системы!».

Олег на миг замер, не зная, как подступиться к каркасу шпиля: вся конструкция поднималась откуда-то снизу — из недр Цитадели, через треугольное отверстие в полу. Кругом стоял тонкий механический шум — электроника на стенах работала, строя вычисления и расчёты пункта назначения, реактор вырабатывал энергию для открытия портала. Олег инстинктивно отскочил в сторону от нарастающего шума, и рядом с ним один из массивных блоков медленно опустился вниз вдоль стены. Мельком он заметил, что такие штуки были по всему залу — двигались вверх и вниз вдоль стен, словно гигантские насосы, качающие топливо.

— Олег! — Дорожный тоже не терял контроля над громкой связью, — я бы не советовал Вам тут оставаться. Это, знаете ли, опасно для здоровья.

Олег побежал по наклонному полу на ярус выше, чтобы поближе подобраться к шару, сотканному из чистой тёмной энергии.

— В момент синапса, как только я телепортируюсь, — по селектору голос Дорожного казался ещё более довольным, — эта камера наполнится смертельно опасными частицами, название которых ещё не придумано нашей наукой. Быть может… Я назову их в Вашу честь, если будет время. Это спасёт Вас от полного забвения.

Олег заметался по краю платформы, ища как бы поближе подобраться к шару. Он не мог даже подействовать на шар или аппаратуру грави-пушкой с такого расстояния. Краем глаза он заметил, что шар начал подниматься по каркасу шпиля вверх.

— Чёрт, надо ближе, — бормотал Олег, ища глазами путь.

И вдруг увидел небольшой подъёмник, закрытый силовым полем.

— Руслан, — в нетерпении пробормотал он, — ну, что же ты, почему не отключаешь…

Он подбежал к подъёмнику, но против силового поля он ничего не мог.