– Другое дело – виски. Это европейский вариант: можно пить стоя, на фуршете, закусывать солеными орешками или вообще не закусывать, каждый пьет сам по себе, мелкими глоточками, никакого объединения, совсем другие дозы… Нам это

Блестящие щипчики аккуратно положили в стаканы искрящиеся кубики льда.

– Рекомендую, – жестом гостеприимного хозяина Атаманов протянул стакан. – Это "Джонни Уокер – голубая марка". Выдержка – двадцать восемь лет. Не всякий

Фокин сделал маленький глоток, потом ещe один.

– Ну как?

– По-моему, та же водка, – он залпом выпил, разжевав и проглотив

– Нет, нет, вы не правы, – засмеялся хозяин. – Просто нужна привычка.

Атаманов со вкусом отхлебнул и прежним беззаботным тоном продолжил:

– Я не сержусь на вас, работа есть работа. И пригласил развеяться без всякой корыстной цели. Наоборот, я представлю вас одному очень влиятельному

– Познакомимся, – буркнул Фокин. Он пытался изменить тон, но ничего не

Лимузин затормозил у изящного четырехэтажного здания с желто-зеленой

– Приехали.

– Это что, бассейн?

– И бассейн тоже, – гордо ответил Атаманов.

Поднявшись по нескольким ступенькам, они прошли пост охраны и оказались в просторном, отделанном мрамором вестибюле. Атаманов уверенно шел вперед, у резной дубовой двери к нему нерешительно обратился коренастый молодой человек с

– В большой зал сейчас нельзя, Илья Сергеевич, – извиняющимся тоном

– Можно. Игорь Васильевич нас ждет, – не останавливаясь, ответил тот.

– Только с оружием все равно не пустят, там его собственная охрана, -

– Разберемся! – небрежно бросил Атаманов. Он чувствовал себя здесь хозяином. А Фокин напротив, тушевался, хотя виду не показывал. Бассейном тут и не пахло, причем не только в переносном, но и в самом что ни на есть прямом смысле: ни голых гулких углов, ни засилья стойких к сырости кафеля и клеенки,

Обстановка напоминала супердорогие отели, в которых ему несколько раз приходилось бывать. Толстые пружинящие ковры под ногами, полированные деревянные панели, картины на стенах, букеты живых цветов, изящные бронзовые светильники, – непривычная атмосфера роскоши и богатства подавляла его,

Своим ключом Атаманов отпер очередную дверь и они прошли в самый натуральный гостиничный номер, только без окна – просторная квадратная комната:

– Где же бассейн? – угрюмо спросил подполковник, чтобы нарушить

– Отсюда мы выйдем прямо к воде, – Атаманов открыл дверцу, которая в обычном гостиничном номере должна вести в туалет или ванную. Но за этой находилась ещe одна комната, столь же просторная, только обставленная по-другому: дерево, ковры и велюр сменили пластик и водостойкая синтетика, на вешалке висели кипенно-белые махровые халаты и полотенца разных цветов и

Фокин беспокоился: как оставлять без присмотра оружие и документы, но все оказалось предусмотрено – в шкаф для одежды был встроен сейф с кодовым замком. Набрав с внутренней стороны первые четыре цифры из номера своего личного жетона, он положил на стальную полку "ПММ", удостоверение, бумажник, записную книжку и… картонную коробочку из-под скрепок. Дверца закрылась, внутри

– Слева на полке плавки, выберите по размеру, – Атаманов быстро разделся

Действительно, в соседнем отделении шкафа на верхней полке стояли крохотные пузырьки с шампунями, лосьонами, кремами, одеколонами и духами, горкой лежали кусочки мыла в красочных обертках, вторую полку занимали невскрытые пакеты с плавками, третью – купальники и маленькие яркие коробочки кубической формы. Из любопытства Фокин вскрыл одну – там оказалась разовая

Через несколько минут подполковник вышел из раздевалки и оказался в огромном высоком зале, очень светлом и радостном, рядом с аквамариновой гладью чистейшей воды. Между дверью и водой стоял высокий мускулистый парень в одних

– Извините, пожалуйста, – очень вежливо сказал он и приблизил рамку к

– А если зазвенит? – попытался сострить подполковник, но тот никак не

– Для звона нужна подготовка, – поддержал Фокина стоявший в стороне

Он показал на стайку девушек, делающих гимнастические упражнения на

– Спасибо, – парень повернулся и трусцой побежал вдоль кафельной кромки. На первой дорожке лениво барахтались два пловца, один впереди, второй – чуть сзади. В конце дорожки, у блестящей хромом лесенки их поджидали две нелепые фигуры в черных костюмах. Еще один человек в костюме неторопливо двигался вдоль

– Почему они не купаются? – поинтересовался Фокин.

– Кто? А-а-а, девчонки… Сейчас нельзя, – Атаманов показал на плывущих.
–

И пояснил:

– Это же сам Локтионов!