В Управлении Фокин предъявил Атаманову протокол задержания, пригласил седовласого Пивника – самого модного и дорогого адвоката столицы и попытался

– Сейчас я пойду домой, а вы завтра вылетите с работы! – раздраженно

Но домой он не пошел, а отправился в камеру, чем был очень обескуражен.

– Как вы могли это сделать? Вся Москва на ушах стоит! Таких арестов ещe

– Все по закону! – с явным удовлетворением сказал Фокин.

Позже, когда он сортировал изъятые документы, в кабинет зашел Ершинский. Обычно он не задерживался до позднего вечера и уж точно не ходил по кабинетам,

– Как дела, Сергей Юрьевич? – доброжелательно спросил он и принужденно улыбнулся. – Тут у меня уже телефон расплавился – кто только не звонил! Но я

Фокин представил, как реагируют высокопоставленные ходатаи на такое разъяснение и тоже улыбнулся. В этой ситуации никто ничего не может сделать. Потому что надавить на личного следователя Президента нельзя. Правда, его можно

– В жизни бывает так, что решение очень важного вопроса зависит от

– Для нас это, в известной степени непривычно, потому что роль отдельной личности традиционно принижалась и приносилась в жертву значимости коллектива. "Общественное выше личного!" – помните? Хотя и у нас были случаи, когда

Макс вежливо улыбнулся.

– Но это скорей исключение, которое подтверждает правило. Любое ответственное решение традиционно принималось коллективно, либо после

Максу хотелось зевнуть, он стиснул зубы и с трудом удержался. Неужели

– В странах западной демократии отношение к личности другое, – невозмутимо продолжал Яскевич. – Там с малых лет поощряется индивидуальность и каждому внушается мысль о самостоятельности и самодостаточности. Потому рядовой полицейский считает возможным оштрафовать принцессу за превышение скорости!

Он сделал паузу и Макс был вынужден кивнуть, давая понять, что понимает,

– И человек, назначенный на должность, позволяющую принимать решения, принимает их сам, исходя из собственных представлений о справедливости, добре и зле, похвальном и постыдном. Сейчас столь важный вопрос, как получение Россией

Макс не удержался и зевнул. Чтобы сгладить впечатление, он тут же сказал:

– Про Джонсона с утра до вечера твердят по радио и телевизору, о нем пишут все газеты. Такое впечатление, что он господь Бог и от него зависит: жить нам, или погибнуть! Хотя все знают, что кредиты исчезают неизвестно куда и до

Яскевич пожал плечами.

– Есть бюджет отдельной семьи, а есть макроэкономика. Понятно, что кредиты не предназначены для поддержки конкретной семьи. Кстати, сейчас и перед ФСБ и перед МВД поставлена задача предотвратить расхищение поступающих траншей.

Начальник Западно-Европейского сектора встал, обошел стол и сел в кресло рядом с Максом. Столь нехитрый прием позволял перейти с уровня служебных взаимоотношений на дружеское общение и тем самым создать атмосферу доверительности. Эту же цель преследовало обращение по имени-отчеству и

– Это по моей вине, Станислав Владимирович! – "покаялся" Макс, который

– Так вот, перед нами поставлена задача, – Яскевич многозначительно поднял палец к потолку, хотя над его кабинетом находились Африканский сектор, этажом выше – подразделение радиоперехвата, ещe выше – небо с Господом Богом и никто из этих вышерасположенных субъектов никаких задач Западно-Европейскому

– …поставлена задача по обеспечению положительного решения Линсеем Джонсоном столь важного для нашей страны вопроса. При этом оказать влияние на

– Интересно, кто же, и каким образом?

– Вы, – спокойно сказал Яскевич.

– Я?!! – Макс подскочил в кресле.

– Да, вы, – невозмутимо повторил Станислав Владимирович.

– Сын супругов Томпсонов, кураторов покойного лорда Колдуэлла – агента советской разведки, оперативный псевдоним "Бен". И одновременно опекуна и наставника Линсея Джонсона, которому Джонсон обязан всем в жизни и на могилу

Яскевич наклонился к Максу, приблизившись почти вплотную и говорил медленно и размеренно, пристально глядя ему в глаза, чтобы каждая фраза, каждое слово впечатывалось в мозг. Это уже была не просто беседа, а инструктаж на

– К людям, севшим на тридцать лет в тюрьму, но не выдавшим Колдуэлла, Джонсон должен испытывать самые теплые чувства. Ибо стоило разоблачить лорда Колдуэлла как советского шпиона, карьера Линсея лопнула бы, словно мыльный пузырь. И сейчас он служил бы рядовым клерком в какой-нибудь захудалой конторе.

Начальник сектора замолчал, по прежнему глядя Максу в глаза. Он знал, что

– Благодарность не входит в число непреложных добродетелей, – пробормотал

– Нет, – Яскевич уверенно покачал головой. – Наши психологи составили подробную модель личности Джонсона. Его реакции просчитывались. Ситуация многократно моделировалась на компьютере, по всем правилам теории игр. Он джентльмен по натуре. Для него значимы добрые поступки. К тому же у него было тяжелое детство. Страдания мальчика, потерявшего родителей по вине его патрона – фактор, позволяющий прогнозировать очень высокий процент вероятности нужного